0
0Жизнь течет по своим правилам, чаще всего непонятным людям и иным разумным. Изменения накатывают неожиданно и чаще всего тогда, когда их никто не ждет. Орден Аарн, вызывающий ненависть правительств стран галактики, тоже не остается в стороне – впереди война с религиозными фанатиками, которые ради своей веры готовы погубить разумную жизнь во всей галактике. Чтобы выжить, вчерашние враги вынуждены забыть о вражде и объединиться. Иного выбора у них нет…
Там, где никогда не будет нам
От жажды к сказочным мирам
Там, где небеса несут ветрам
Желанье быть еще быстрей,
Никогда этот мир не спасал и не спас,
Никогда это солнце не жгло, как сейчас.
Потерялся меж нами один лишь вопрос,
Мы искали его, возбуждаясь до слез.
Там, где никогда чужим богам
Не суждено к своим ногам
Там, где никогда не будет ран
От глупых и безумных драм
Никогда этот мир не спасал и не спас,
Никогда это солнце не жгло, как сейчас.
Потерялся меж нами один лишь вопрос,
Мы искали его, возбуждаясь до слез.
Раздражающий гул двигателя мешал заснуть, и Нио ворочался на узкой и жесткой койке. Да еще и соседи не давали покоя. Впрочем, чему удивляться – если набить в довольно тесное помещение больше двухсот человек, то результат получится именно таким. В бывшем трюме, сейчас плотно заставленном трехэтажными железными койками, было не протолкнуться. Люди занимались своими делами, кто-то спал, кто-то разговаривал, кто-то что-то ел, кто-то монотонно проклинал соседей и саму жизнь. Слава Благим, трехмесячный путь подходил к концу, сегодня вечером космодром Ирлорга примет их разваливающийся корабль.
Офицер скривился – чудо, что это ржавое корыто, именуемое с какой-то стати «Победителем», вообще долетело куда-то. Разве это корабль? Улитка, да и только – три месяца на расстояние, которое современные корабли проходят за неделю. Нонсенс! Увы, место на звездолете классом выше оказалось никак не по карману отставному офицеру. Даже за койку на этой лоханке с него содрали полторы тысячи кредитов. Осталось совсем немного, еще около семисот, и это все, с чем Нио Геркат-Хартон должен начинать новую жизнь. Да уж, новую жизнь в сорок два года… Врагу не пожелаешь.
Горькая и едкая обида до сих пор темной пеленой колыхалась в душе. За что с ним так подло поступили? Впрочем, он прекрасно понимал, почему и за что. Из него сделали козла отпущения. Всего лишь… Хорошо хоть вообще не расстреляли, вполне ведь могли. Воспоминание о том, как отвернулись все друзья, было донельзя мучительным. «Предатель!» – кричали ему в спину, и никто не захотел ему поверить. Ни один человек. Хотя нет, один все же поверил.
