95
0— Помолчав немного, мама решила поделиться: — Боря стал вести себя странно, нервный какой-то, ты не заметил?
— Заметил, — подтвердил я. — Но очевидно же, что это из-за отца. Он волновался, что будет драка.
— С позавчера он такой странный.
— Наш Борис слишком впечатлительный, — успокоил ее я. — Уверен, вечером будет счастливым.
Почему-то мама не была со мной согласна. Она молча подошла к столу, открыла его ящик и достала оттуда очки с толстыми линзами.
— Как думаешь, зачем ему это?
— Спектакль на новый год. И вообще, рыться в чужих вещать — это… это дно, — пристыдил ее я.
Мама порозовела, обиделась и закрылась в кухне, а я вдруг понял, что она права: с Борей что-то не то. Он и правда стал скрытным и будто бы отдалился. Влюбился, что ли? Рисует портреты любимой снова и снова, и прячет от нас? Или рисует ее голой? Не удивлюсь, если это правда: возраст такой.
Ладно, потом разберусь. Сейчас — на базу, ждать Бориса, который строго-настрого запретил покупать деликатесы, хотел сделать все сам. Что ж, пусть учится. Купит хлеб, палку колбасы, «Юпи», и гуляй, рванина! Он же на фотоаппарат копит!
На базе играли в приставку Кабанов, который так ее и не выкупил, Ян и Памфилов. Илья дочитывал Стругацких и не обращал внимание на звуки.
Мне тоже захотелось поколотить грибы с помощью Марио, повыбивать из них денежку, и я занял очередь. Вскоре пришли Алиса с Гаечкой, которые презрели Борин запрет и принесли шарлотку. Игорь жадно на нее уставился и сглотнул слюну.
Минут через двадцать подоспела Лихолетова с огромным термосом.
— Там чай каркаде, — похвасталась она, водружая его на стол.
Димоны принесли маринованные грибы и ежевичное варенье. Последним явился Рамиль с букетом из чурчхелы, одну сразу же отдал Игорю, который не стал скромничать и сразу же схарчил ее.
— Ждем именинника, — объявила Гаечка и принялась ходить из угла в угол.
Алиса к ней присоединилась. Вскоре они в шутку боролись на матах, потому хлопок входной двери мы прослушали, а навьюченного Борю увидели, когда он вышел из темного коридора. Сумка через плечо, пакет на предплечье, в руках торт.
— Ты что, магазин ограбил? — пошутил Ден.
Мы с Ильей бросились ему помогать. Мне досталась сумка, в которой было килограммов десять, я поставил ее на стол, Илья прислонил к ней пакет, но он соскользнул, и оттуда выкатилась баночка красной икры.
Словно золотая монета, она соскочила на пол — слава богу, попала на мат и не разбилась — и перевернулась на крышку. Гаечка указала на нее пальцем, не веря глазам своим.
— Это то, что я думаю⁈
Боря схватил баночку, вытер ее о штанину и, раздуваясь от гордости, процитировал:
— Икра черная, икра красная. Извините, заморской баклажанной нет.
Он вытащил баночку черной икры из бокового кармана сумки.
