Благородство и страсть

Она начала покрывать поцелуями его грудь. И в этих поцелуях нельзя было не заметить примеси отчаяния. Это отчаяние ощущалось и в ее прикосновениях. Ее пальцы впивались в его руки, как когти хищной птицы в добычу.

– Молчи. – Грейс подняла голову, и Мэтью ощутил пронзительный взгляд ее темных глаз. – Целуй же меня. Целуй.

Она стиснула его в объятиях. Казалось, Грейс боялась какой-то потусторонней силы, которая могла сейчас разлучить их. Или, возможно, опасалась, что он сам оттолкнет ее. Она приоткрыла рот и прижалась к его рту с такой силой, будто хотела причинить ему боль.

Мэтью вдруг ощутил на своих губах солоноватый вкус. Кровь? Он поднял руку и притронулся к ее щеке, чтобы как-то прекратить это неистовство. Щека была мокрой.

Ее лицо было залито слезами.

– Господи!

Он быстро столкнул ее с себя, отодвинулся и сел но на край дивана. Сначала Грейс упала на бок и громко зарыдала, но через мгновение поднялась и снова набросилась на него со своими пугающими ласками. Это можно было принять за страсть, если бы не слезы…

От его прекрасных фантазий, в которых Грейс изнемогала от желания, не осталось и следа.

Сидящая с ним на диване женщина рыдала от отчаяния. Да, он хотел ее, он хотел ее больше всего на свете, больше жизни. Но взять ее такой Мэтью не мог.

– Прекрати, – процедил он сквозь зубы.

– Ты должен, ты обязан это сделать. Я заставлю тебя взять меня, – задыхаясь, проговорила она, затем с мрачной решимостью стянула ночную сорочку и бросила на пол.

– Господи… – присвистнул Мэтью и быстро закрыл глаза.

Но было уже слишком поздно. Ее образ вспыхнул в его мозгу словно костер в ночи. Мерцающее белое тело, полные груди с темными кружками сосков, легкая темная тень между ног.

– Прекрати, Грейс; – сухо сказал он, хотя дьявольский хор продолжал петь ему в ухо: «Возьми ее. Возьми. Ведь ты хочешь этого. И она хочет».

Она подвинулась ближе, села к нему на колени. Теперь ее белые бедра лежали на его ногах. Она сидела лицом к нему. Оставалось совсем немного, всего какой-то дюйм, и он будет внутри ее. Мэтью с такой силой стиснул зубы, что ему вдруг стало больно.

– Я должна сделать это.

В ее голосе слышалось отчаяние. Ее дрожащая рука скользнула по его члену. Господи, да он просто умрет сейчас от перенапряжения еще до того, как войдет в нее.

В голове начали взрываться фейерверки, их цветные шары раскрасили висевшую перед его глазами черноту.

Она вдруг убрала свою руку.

– Ты хочешь меня, – радостно объявила она, обнаружив доказательство, в котором нельзя было сомневаться.

Терпение Мэтью подошло к концу. Он резко толкнул Грейс, и она снова упала на бок. Он же вскочил с дивана и застыл на месте, не зная, как себя вести дальше.

– Разумеется, я, черт возьми, хочу тебя, – прорычал он.