7
0Дианка. Дочка поманила его рукой, Тагаев послушно наклонился.
— Я хочу в туалет, — прошептала она на ухо.
— Беги в дом, там бабушка, — сказал Артур, помогая Даньке снять мокрую футболку. — Мне надо высушить твоих братьев.
— Пойдем, я тебя провожу, — протянула девочке руку Ри, — мне нужно забрать сумку.
Дианка нерешительно взглянула на Артура, но тот поощрительно кивнул.
— Иди с Арианой, детка. Мы сейчас тоже придем.
Девочка неуверенно вложила ладошку в руку Арианы, но все же пошла за ней в дом. Артур с охранниками отжали мокрые шорты и футболки — хорошо, что на улице жара! Сыновья, завернутые в полотенца, выжидательно смотрели на Тагаева.
— Мы отнесем их, Артур Асланович, — предложил один из охранников.
— Я сам, — ответил тот, примеряясь. — Я же их отец, а не вы.
— Да, вас сложно спутать, — ухмыльнулся второй.
Артур поднял обоих близнецов на руки.
— Мне повезло, что ваша сестра не полезла в пруд, — сказал он, вышагивая по лужайке. — Пришлось бы вас троих на себе тащить.
Его шею несмело обвила пара маленьких рук, потом так же несмело потянулась вторая. И Артур чуть не задохнулся от захлестнувших чувств.
— Смотрите не замерзните, — пробормотал он, стараясь никак себя не выдать, — полотенца сползли…
* * *Они все-таки остались на ужин, хоть Артур и был зол на мать. Ри уехала, мать дулась. Его охрана привезла одежду детям — у Артура в доме было куплено несколько комплектов, — и близнецы переоделись в сухое.
Но детей пора было кормить, и Тагаев решил потом разобраться с матерью, не при детях. Она должна уяснить себе, что его личная жизнь — это закрытая территория. И больше чтобы они к этой теме не возвращались.
Пока возился с сыновьями, было не до того, но за столом Артур заметил, как странно выглядит Ди.
— Дианка, что-то случилось? — спросил он у дочери. Та подняла свои огромные мамины глазищи и молча покачала головой.
— Диана чем-то расстроена, — согласилась с ним мать. Дочка внимательно посмотрела на нее, а потом повернулась к Тагаеву.
— Артур, а дворняжки — это же собачки, у которых нет дома, да? Которые живут на улице?
— Ну да, — недоумевающе кивнул он. — А почему ты спрашиваешь?
— Может, будем пить чай? — перебила его мать, и Тагаеву не понравилось, как забегали ее глаза.
Внутри зашвелилось липкое и нехорошее предчувствие. Он взял девочку за руку и успокаивающе погладил большим пальцем.
— Говори, Ди. Почему ты спросила?
— Почему тогда, — дочка всхлипнула и обиженно посмотрела на Аврору, — почему тогда бабушка говорит, что мы дворняжки? Разве мы живем на улице? У нас есть дом. И мама. Мы ходим в садик…
Тагаев медленно выдохнул и с силой сжал маленькую ладошку.
