Ледяное проклятье

Мой рыжий спутник смирно сидел на своей мерно шагающей лошади и особых хлопот не доставлял, но его болтливость! Он закрывал рот, только чтобы сглотнуть набежавшую слюну, и тут же открывал его вновь, дабы задать еще один вопрос, восхититься красотой покрытой снегом разлапистой ели или начать рассказывать очередную байку о Диких Землях. Еще месяц назад я спокойно выдерживал этот неудержимый словесный поток и даже вставлял в него пару слов, но теперь все обстояло несколько иначе. Моя промороженная сущность не переносила самого слабого тепла, отзываясь на него пронзительной болью, словно от ожога. Поэтому я держался поодаль от лошадей и своих спутников — нас разделяло самое малое пять шагов, та граница, на которую я мог приблизиться к разгоряченным трудной дорогой лошадям. И получалось, что если раньше мы с Лени ехали бок о бок и разговаривали тихими, приглушенными голосами, то сейчас рыжий покачивался в седле достаточно далеко от меня, и при разговоре ему приходилось говорить громче. И очередную захватывающую историю теперь слышал не только я, но и вся округа в радиусе двух лиг. А я старался не привлекать к своему крошечному отряду лишнего внимания!

Мягкие увещевания не помогли, и пришлось прибегнуть к другим методам воспитания. Выстроив обоих бузотеров перед собой, я мягким, проникновенным голосом пообещал, что если мне еще раз придется продираться за непоседливым гномом через кусты или беспрестанно шикать на разговорчивого Лени, то в меню ниргалов помимо шурдятины, зайчатины и жидкой овсяной каши появятся еще два блюда — наваристый бульон из непонятливого гнома и жирное жаркое из болтуна, причем шкуру с будущих кушаний я буду снимать самолично и еще живьем.

Подействовало…"

"Уже не знаю, что именно, — мой новый зловещий облик, шелестящий холодный голос, или клятва крови и уважение к господину, или все вместе взятое, но подействовало, и это главное. Следующие два дня я наслаждался спокойствием и тишиной, которую лишь изредка прерывали донельзя горестные вздохи Тиксы, когда в пределах видимости мимо нас проплывал очередной каменистый холм.

Но я лишь злобно зыркал на этого потомственного шахтера, и Тикса понятливо затихал. А Лени и вовсе не страдал — просто переключил свое внимание с меня на ниргалов, которые ответить, может, и не могли, но слушатели из них были просто великолепные. Хотя должен признать — внимательно посматривать по сторонам никто не забывал. Дикие Земли быстро приучают быть настороже.

Я мерно шагал сразу за одним из ниргалов, что двигался в голове отряда, и был готов принять на себя первый удар противника — ежели такие появятся.