0
0У Ванды Львовны под рукой оказалось какао лишь на одну порцию. Знай она, чем закончится трапеза, не поленилась бы сгонять в магазин.
Увидав креманки, Сережа воскликнул:
– Мне шоколадное.
– Нет, – капризно протянула Лисочка, – я хочу!
Варвара поставила плошечку перед дочкой.
– Ешь, дорогая.
Сережа прищурился.
– Нет, это мое желе!
– Серж! – воскликнул Петр Фадеевич. – Ты как себя ведешь? Во-первых, Лисочка младше тебя, во-вторых, она девочка, ей следует уступать. Возьми молочное!
Сережа побледнел.
– Я люблю шоколадное!
Петр Фадеевич разозлился:
– Ничего слышать не хочу!
– Какой ты жадный, Сережа, – покачала головой Варвара, – вот уж не предполагала! Пожалел для сестрички!
Пока шел спор, Лисочка быстро съела желе и торжествующе воскликнула:
– Уже все!
После этого она исподтишка показала Сергею язык. Подросток не стерпел и кинулся на нахалку. Вечер закончился плохо. Сереже удалось вырвать у обидчицы прядь волос. Лисочка мигом закатилась в рыданиях. Варвара, отвесив пасынку подзатыльник, воскликнула:
– Петр! Прекрати это безобразие.
Отец отволок сына в чулан и запер. До ночи Сергей сидел в темноте, выпустили его, только когда пришло время укладываться спать.
Спустя год после этой истории Варвара покончила с собой. Лисочку сдали в детский дом.
Ванда Львовна приумолкла, потом обвела меня торжествующим взглядом.
– И как вам эта история?
Я пожал плечами:
– Сущая ерунда. Что в ней особенного? Те, кто имеет в доме больше одного ребенка, хорошо знают: между детьми постоянно вспыхивают ссоры. Умные родители всегда покупают одинаковые гостинцы для всех отпрысков. Мы с моим двоюродным братом тоже затевали драки из-за куска торта. Ему досталась красная кремовая розочка, мне зеленая, и пошло-поехало!"
"– Может, оно и так, – кивнула Ванда Львовна, – только дальше послушайте!
Недели через две после скандала, когда все давным-давно и думать забыли о произошедшем, Варвара с воплем прибежала в комнату к мужу.
– Что случилось, дорогая? – удивился тот.
– Глафира, – застучала зубами супруга.
Кузьминский нахмурился:
– Ты о чем?
– Около меня сейчас стояла Глафира, – затряслась Варвара, – в сером платье! Точь-в-точь как на портрете, такая жуткая, лицо под вуалью! Руки вытянула и завыла: «Уходи отсюда, здесь я хозяйка!»
Петр Фадеевич покачал головой.
– Иди, ложись, тебе привиделась ерунда во сне. Моя первая жена давно в раю.
– Нет, – дрожала Варвара, – она тут, бродит по квартире, давай уедем отсюда, умоляю!
Петр Фадеевич только вздохнул. Покидать отличную, обжитую квартиру из-за бабских истерик? Право же, этого делать не стоит.
Через три месяца Кузьминский был вынужден вновь позвать в дом психиатра.
