Ворожея

— Почему же ты сразу об том не рассказала?

— А кто бы поверил «ведьмарке пришлой»?

Алесь засопел, подтверждая тем самым слова Милавы.

Скоро они выбрались к ветряку. Луна, давно выбравшаяся из облаков, щедро заливала светом округу, высветляя каждую лопасть мельницы, каждое бревно хаты Вита. Алесь поправил неподвижную Восту и подошел к крыльцу. Милава постучала в уже знакомую дверь. Но за ней не послышалось никаких шевелений. Она постучала малость погромче.

— Неужто пошел куда?

— Ага, как же! Забрался на печь, от нечистиков подальше, да спит давно, — Алесь громыхнул в дверь ногой, да так, что ладная створа угрожающе покачнулась — мол, ежели еще так сделаешь, как пить дать, с петель слечу.

Но хозяин так и не отозвался.

— Да что ты там себе думаешь?! Отворяй, сказано! — взревел Алесь и продолжил пинать дверь. Удар на десятый защелка вылетела вон, за ней следом не удержалась и петля. Охранительница обиженно скривилась, обнажая нутро избы.

— Погодь, хватит, — вмешалась ворожея, остановив разошедшегося молодца, что уже снова занес ногу для удара. Она осторожно отворила качающуюся на единственной петле дверь и отпрянула.

Прямо на пороге лежал навзничь Вит. Милава присела, приложилась ухом к груди и еле разобрала прерывистое дыхание.

— Что за напасть такая?! — округлил очи Алесь. — Да что ж тут такое творится, а? Да я этого кузнеца сегодня же своими руками порешу!

— Алесь! — одернула молодца Милава. — Ты мне слово дал. А я не велю тебе к кузнецу ходить и тем паче его убивать. Он не в себе. Ему помочь надобно. А покуда у нас и без того дел невпроворот. — Молодец смолк. Ворожея успела приметить только гуляющие желваки.

И пусть! Зато не перечит. Покуда… — Ты лучше Восту положи на траву, и давай-ка Вита хоть на лавку затянем.

Алесь сделал, как велено. Милава запалила лучину и поднесла ближе к мельнику.

— Ты гляди… — Алесь даже очи протер, чтоб увериться, что не ошибся. Весь лик молодца покрылся гнойниками. — Совсем как у меня было. — Сын старосты невольно провел ладонью по своей щеке и облегченно выдохнул, не обнаружив там следов свежих язвочек. — Ты хоть его не трожь, вдруг заразишься.

— Ведаю, иначе уже целое село бы занедужило.

Алесь почесал замотанную голову:

— Кто ведает, может, уже и занедужило… Я еще перед вечерей из хаты утек. Что нынче в деревне творится, одним богам ведомо.

— Я сейчас взвар сготовлю. Виту дам, тебе и сама выпью.

— А что это за хворь, ведаешь?

Милава долго оглядывала Вита: руки, ноги, спину… Но и после внимательного осмотра так и не сумела определить, что это за хвороба. Ну да ничего, сок покрик-травы самые страшные недуги отводит. Да и Алеся на ноги вмиг поставил. Значится, и тут не оплошает.