Ворожея

 — Ой! А с Алесем что?

— Теперь тоже все добре, — девица оглядела свой сарафан, но только поджала губки — бороться с пятнами крови тряпкой бесполезно, да и не час нынче.

— Скажи, к тебе кто-нибудь захаживал, покуда нас не было?

— Так, была гостья. Старушка одна, — Милава и Гедка переглянулись. — Только я ей не отворил. Неучтиво, конечно. Но с меня хватило Кукобы.

У ворожеи от сердца отлегло. Кажись, хата мельника стала для пришлой последней на пути через деревню. Теперича Милава больше не сомневалась, что та старуха и была прислужницей Паляндры. Она и Алеся за монетку да слово доброе хворобой отблагодарила.

С тюфяка донесся стон. Ворожея как ошпаренная подскочила к сыну старосты:

— Милый? — прохрипел Алесь и улыбнулся. Милава залилась краской. — Такие слова мне по душе.

— Ты поспи, а я подле побуду.

Сын старосты ничего не ответил, провалившись в сон. Блаженная улыбка с его лика не исчезла. Вит неловко переступил с ноги на ногу, точно чувствовал себя лишним. Милава поглядела на него и поняла, что он ей тоже очень дорог, но как брат.

— И где ж теперича искать эту старуху? — скорее у себя, чем у других, спросила ворожея.

— Он ведает, — указал Гедка на Вита.

— Я? Он? — разом переспросили Милава и мельник.

— Ага, — улыбнулся сын Домны. — Он ее захоронил.

— Как это захоронил? — Вит уставился на мальца, как на полоумного. Зато Милава все уразумела. Встала.

— Скажи, ты не запамятовал, где могилка Восты?

Вит, ничего толком не разумея, помотал головой.

— Куда? — захлопал глазами мельник.

— К могилке! Только лопату взять надобно.

Вит покосился на нее, но спорить не стал.

Стало быть, это она! Милава глядела на могилку, в коей заместо Восты смирнехонько себе лежала та самая старуха.

Мельник что-то бормотал под нос. Хвала богам, что хоть ошарашенное выражение с его лика сошло. А то уж она страшиться начала, что в деревне настоящий юродивый появится. Все стало на свои места. Воста явилась в село по зову Кукобы — мстить. Покуда была молодой девицей, могла наслать недуг только через поцелуй — вот почему на деревне захворали только молодцы. Ну а разве можно сыскать час лучше, чтобы покататься в траве с прекрасной девицей, чем купальская ночь? Алесь первым встретил Восту, да, видать, почуял неладное, иль сама открылась. Вот и порешил убить ее на месте, чтоб до села не допустить. Ну а запамятовал о том, видать, по воле Паляндры. И Кукоба тогда с могилки поднялась, потому что Воста кусок круга нарочно маком не просеяла. Да покуда Вита целовала, сама небось черту от косы ногой и затерла.

Милава принялась шептать и обходить яму. Конечно, полностью заговор прислужницу Паляндры не обезвредит, но до ночи задержит.