0
0– Нет, подумай все-таки. К нам, можно сказать, с неба свалился новорожденный младенец. Мальчик. Красавец весь из себя. А я никак столько лет родить не могу. Не пойму, почему ты от меня не уходишь. Ты предлагаешь его отдать в приют? Да там с ним могут сделать что угодно, хоть на органы разобрать.
– Ты что говоришь-то?
– Я, в отличие от тебя, телевизор смотрю, газеты читаю. Детьми сейчас торгуют, как золотом и нефтью.
– Ну, что ты детективы развела!
– Хорошо. Он просто станет подкидышем, детдомовцем. А я буду подушку грызть каждую ночь из-за того, что развернула этот платок?
– Ты хочешь, чтобы мы оставили его себе?
– Но без милиции и врачей все равно не обойтись. Надо вызывать.
– Ты прямолинейный, Толя. Я скажу то, что тебе не понравится, но все равно послушай. А вдруг его украли, что-то не получилось, и подбросили в первый попавшийся дом? Тогда его искать будут как рожденного этой ночью. Мы обратимся и в милицию, и к врачам. Но через неделю, скажем, или через месяц. За это время подумаем: может, какая-то другая история у нас сложится.
– Ты понимаешь, что говоришь? Это преступление, то, о чем ты тут рассказываешь. Похищение, и все.
– Нет. Моя бабушка говорила: ничего не происходит случайно, просто так. У нас на крыльце оказался ничей младенец. Я развернула тряпки, посмотрела, у меня сердце растаяло. Толя, я всегда тебе уступаю. Но сейчас ты можешь меня просто убить.
– Ты сама-то понимаешь, что молоко у тебя в груди от растаявшего сердца не появится? Чем мы его кормить будем? Как догадаемся, что у него болит? Как объясним соседям его появление – пусть через неделю или через месяц?
– По ходу решим, – проговорила Ирина, влезая в джинсы. – Я бегу к Вале, знаешь, многодетная мать без мужа, живет на краю деревни. Сюда ее приведу. Достань деньги. Ей можно просто сказать, чтоб молчала. У нее дети с голоду пухнут. Да не бойся ты, перенеси его на диван, устрой поудобнее.
– Он описался, – повернул Толя растроганное лицо.
– Тогда подожди. Вот чистое белье. Разложи аккуратно, чтоб не было складочек.
Муж и жена посмотрели друг другу в глаза. Решение было принято.
Олег Волохов почти бегом приблизился к машине Сергея и сел рядом.
– Ну, говори быстрее.
– Слушай, я тебя предупреждал, – с жалостью посмотрел на него Сергей. – Ничего особенно важного, так, кое-что. Я тебе говорил, что мне казалось – два следующих преступления связаны с нашим делом. Сначала я просто предполагал. Потом убедился, что старая учительница, которая лежит в больнице после трепанации черепа, и убитый мальчик действительно в свой последний или предпоследний вечер разговаривали об исчезновении Оли. Мальчик что-то видел, но не хотел идти с Верой Михайловной в милицию, как та его ни уговаривала. Но он ей что-то сказал, судя по тому, что ее хотели убить.
