7
0С этими словами она положила на стол туго набитый кожаный мешочек. По скромным прикидкам, в нем было явно не меньше сорока золотых. Надо же — всего за пять лет Хаджар поднялся в цене в восемь раз.
— Сними с него ошейник.
— Ты уверена, Сента?
В ответ некто Сента лишь неопределенно покачала рукой.
— Если я не смогу защититься от калеки, — сказала она, — грош цена моему развитию.
Дарнан пожал плечами. Он сделал быстрый жест рукой, сложил пальцы в несколько знаков, и ошейник со щелчком разомкнулся. Теперь уже бывший владелец так и не рискнул подойти к Хаджару. Вместо него оковы снимала Стефа.
— Прощай, Хаджар, — прошептала она ему на ухо.
Удивительно, но Хаджар различил в ее голосе нотку грусти. Хотя, возможно, ему просто показалось. Но долго он над этим не раздумывал. Только дышал полной грудью, поражаясь тому, насколько воздух стал вкуснее. И вроде бы ничего не изменилось, он лишь вернул себе кусочек свободы, но как же это все перевернуло.
Во всяком случае, дышать стало приятнее.
— Пойдем. — Незнакомка, все так же скрываясь за алым плащом, вышла из шатра.
За ней “спешил”, ковыляя на палках, Хаджар. Он окинул прощальным взглядом труппу циркачей, с которой прошел половину королевства и прожил целых пять лет. Не самых счастливых, но лучше того, что его могло ждать в темнице.
Перед тем как скрыться в ночи, он кинул последний взгляд в сторону Брома. Тот, будто почувствовав это, обернулся. Обернулся, побледнел и схватился за меч. Но было уже поздно — странный уродец с жутким взглядом исчез во тьме.
— Ты не спросишь, куда мы идем?
Хаджар мог бы и спросить, но знал с самого начала — его купили в бордель. Нет, вовсе не для услады извращенок и, что хуже, извращенцев — только потому, что он умел играть. Умел играть так, как мало кто другой.
— Я боюсь поверить, что это не сон.
— Не сон, Хаджар. Я отведу тебя в “Чистый Луг”, — сказала Сента.
Они подошли к повозке, запряженной высокими серыми жеребцами.
— Это… Это жеребцы пробуждения силы?!
Хаджар не мог и слова вымолвить. Они с труппой тоже пользовались жеребцами пробуждения силы, но — первой стадии. Они могли развивать скорость до сорока километров в час и мчаться галопом почти целых три часа.
В этом и крылся ответ на давний вопрос Хаджара — как армии и простые люди пересекали такие огромные расстояния. Просто потому, что существовали лошади, которые могли быть в десятки раз быстрее самых навороченных спорткаров.
Как и любые другие животные, лошади тоже могли впитывать энергию. И развивались они следующим образом — от простых (диких) к пробуждению силы, затем к пробуждению разума, потом вожак. Но стоимость жеребца ранга вожака Хаджар даже и пытаться представить не хотел.
— Но сперва мы тебя отмоем, — просипела явно зажавшая нос Сента. Хозяйка борделя.
