Опасная невинность (ЛП)

— Она модель, — резко сказала я. — Значит, она была здесь, но не осталась с тобой? — Имоджен никогда не упоминала о разговоре с Гулливером, поэтому я просто предположила, что она не пыталась увидеться с ним. Наши несколько телефонных разговоров в первые пару дней после ее приезда в Штаты были очень короткими и не содержали никакой информации.

— Я отослал ее, так как понял, что она попала не в ту компанию.

Гулливер встал и начал чистить кастрюлю с супом. — До меня только доходили слухи, что она ищет спонсоров для своих детских мечтаний.

— У нее есть потенциал. Все всегда говорили ей, что она может стать успешной моделью.

Гулливер никак не отреагировал, как будто мой аргумент даже не заслуживал ответа.

— Где она искала спонсоров?

— Тебе лучше не идти по ее стопам. То, что ты можешь найти, не для слабонервных.

— Что это значит? — Я встала и отнесла миску к раковине. — Если ты что-то знаешь, ты должен сказать мне. Пожалуйста, дядя. Мы все еще семья. Помоги мне найти мою сестру.

Гулливер взял у меня миску и вымыл ее со стоическим спокойствием, от которого я была на взводе. Я знала, что он испытывает меня, особенно мое терпение, поэтому взяла себя в руки и ждала, пока он скажет все, что хочет, на своих условиях.

— Твоя сестра, как и ожидалось, выбрала легкий путь. Вместо того чтобы работать ради своих денег, она решила искать их в Содоме.

— Содом? — Мне едва удалось остановить насмешку. Он действительно собирался использовать библейские ссылки для всего, что сделала Имоджен?

Гулливер покачал головой. — Это название места, куда отправилась Имоджен.

Я никогда раньше не слышала об этом месте. — Это в Нью-Йорке?

— Так называют некоторые люди город, расположенный недалеко отсюда. Город греха, не то место, куда я бы поехал по своей воле. Я слышал, что твоя сестра искала там удачи в Петле Судьбы. Это место потерянных душ.

— Заблудших душ, которые посещают твои богослужения? — язвительно спросила я.

Учитывая, что он жил в старейшем ирландском районе Нью-Йорка, которым управлял второй по старшинству сын клана Девани, я сомневалась, что он перестал быть священником ирландской мафии. Мне хотелось бы, чтобы мама была более откровенной. Я не любила действовать вслепую.

Выражение лица Гулливера стало настороженным. — Многие люди посещают службу. Тебе тоже стоит. Это пойдет тебе на пользу. Твоя мать слишком часто избегала церкви.

— Я буду посещать церковь завтра, хорошо? — сказала я, надеясь попасть в его милость. У дяди Гулливера были связи, которые могли помочь в моих поисках.

— Ирландцы по-прежнему во всем признаются тебе, не так ли? — Если бы кто-то из них был связан с исчезновением Имоджен, он бы признался Гулливеру. При мысли об этом по моему телу пробежал ледяной холодок.