Небо на двоих

 – И заплачу, сколько нужно: Естественно, в пределах разумного.

– Заплатишь, как же! Николай нашел твою сумку. Вернее, то, что от нее осталось.

– Что значит «осталось»? – похолодела я.

– Что-то съедобное в ней было?

– Полпачки печенья и шоколадка, – ответила я. – Но там и более ценные вещи имелись – паспорт, телефон, деньги…

– То-то и оно, что имелись. Амра, подлая тварь… Давид сказал: вы уже познакомились… нашла сумку возле сванского моста и порвала в клочья, когда добиралась до печенья. Паспорт заново восстанавливать придется. На некоторых купюрах, правда, сохранились номера, их можно будет обменять в Сбербанке в Адлере.

Но телефон сдох и ремонту не подлежит – ночь пролежал в луже. Что касается банковской карты, то внешне вроде в порядке. Но опять же надо в Адлер ехать, чтобы проверить. А я туда не раньше, чем через месяц выберусь.

– Но как я перейду границу без паспорта? Фотография на нем хоть сохранилась?

– Нет, но на одной странице читаются номер и серия. Придется крепко постараться, но вопрос этот решаем. Никто не собирается держать тебя в Абхазии всю жизнь.

– Кто бы сомневался… – буркнула я. – Только насчет оплаты не думай.

Есть у меня НЗ, чтобы расплатиться.

– Слушай! – неожиданно рассердился Вадим. – Ты у меня в гостях! Какие могут быть счеты-расчеты? Успокойся!

– А ты не строй из себя Ротшильда! Меня это не разорит, а тебе деньги нужны. Любава сказала, что туристы у тебя – основной источник дохода. Да еще военная пенсия.

– Пенсия? Туристы? – Вадим рассмеялся во весь голос. – Ну, Любава…

– А почему она никогда не рассказывала о тебе? – спросила я, вдруг поразившись, что не задала тот же вопрос подруге. – Правда, и о Толике мало говорила, но о тебе вообще никогда.

Ни слова!

– Зачем ей рассказывать обо мне? – Вадим, похоже, озадачился не меньше. – Кто я ей? Кум, сват, брат?

– Постой! – схватила я его за руку. – Но ты ж и вправду брат, двоюродный.

– С чего ты взяла? – Вадим придержал лошадь. – Мы с Толяном учились в одном училище. И с тех пор дружим. Правда, пути наши разбежались перпендикулярно друг другу. Одного не пойму, зачем ей было врать обо мне?

– Да потому, что ей бы тогда не вытолкать меня из Москвы, я бы вообще никуда не поехала, – вздохнула я. – Меня бросил муж. Разбогател, сукин сын, и решил, что ему нужна женщина лучше.

А я оказалась за бортом.

– Лучше? Имеется в виду, моложе?

– Ты как в воду глядел. – Я усмехнулась. – Так что твоя горчица – персиковое варенье по сравнению с тем, что я пережила.

– Ой, какие ж вы, бабы, нежные! – Вадим пришпорил коня. И тот пошел быстрее. – Муж тебя не бросил, а просто вовремя освободил. Ты ж молодая, красивая! И замуж выйдешь, и дите родишь. Хуже, если б он тебя на шестом десятке бросил. Хотя в этом возрасте тоже, бывает, влюбляются и замуж выходят.