Кукла моего отца (СИ)

Огни в съёмном доме не горели, но я отчего-то остановилась, опасливо вглядываясь в темноту. С момента побега меня не покидала мания преследования, но сейчас чувства особенно остро обострились.

И всё же, пересилив себя, я отворила дверь, и свет уличного фонаря прошёл внутрь жилища вместе со мной. Осветив тяжёлые кожаные ботинки гостя, вольготно расположившегося в кресле.

Взгляд скользит по джинсам, обтягивающим длинные ноги, и кашемировому свитеру, сквозь который легко угадываются стальные мышцы. Непривычно видеть Йена с тёмной трёхдневной щетиной на щеках, прибавляющей его мужественной красоте суровость, чудесно сочетающуюся с чертовски злым выражением голубых глаз.

Моё маленькое непослушное сердце предательски замирает, щемит от тоски и разочарования.

– Как ты меня нашёл? – голос дрожит, выдавая смятение. Я прикусываю нижнюю губу до боли, чтобы немного прийти в чувство и не броситься ему на шею. С другой стороны, он сейчас выглядит как человек, готовый свернуть мою шею ещё в полёте.

– Подпиши это, – вместо ответа на мой вопрос он кидает запечатанный крафтовый конверт на журнальный столик.

Я нерешительно беру его в руки, силясь угадать, что внутри.

Толстенькая стопка бумаги. Документы на развод с разноцветными стикерами, помечающими листы, где стоит поставить подпись.

Коленки подкашиваются. Я присаживаюсь на старый продавленный диванчик, пытаясь прочитать условия. Но буквы расплываются перед глазами, мысли путаются, – не могу собраться.

Единственное, что заметила, – Бенджамин уже оставил свою витиеватую роспись в нужных местах. А значит, я почти свободна от брака с ним. Это придало мне сил, и я ещё раз предприняла попытку понять условия развода.

Всё оказалось именно так, как и говорил Бенджамин. Я вновь такая же нищая девчонка, какой была до брака с ним.

Чувствую, что Йен неотрывно следит за каждым моим движением. Точно хочет считать реакцию. Поднимаю ресницы и встречаюсь с ним взглядом. Холодный. Цепкий. Отстранённый. И совершенно чужой. Словно его подменили за то время, что мы не виделись.

– Разочарована? – спрашивает, будто выплёвывая слово.

– Конечно, как же теперь я буду жить без любимого мужа, – иронизирую, проходясь ручкой по каждому отмеченному листу. Это заняло полторы минуты.

Полторы минуты, чтобы получить вольную. Будто я рабыня какая-то.

– Выйдешь замуж снова. Собирай свои пожитки, ты здесь не останешься, – забирая из моих рук документы, распоряжается он.

Смотрю на него осторожно, совершенно не понимая, что происходит. Почему он так зол? Оттого что я сбежала от его отца после того, как увидела наше совместное фото и изобличающую статью в газете? Сомнительно…

– Иначе что? – поднимаюсь с места, трусливо размышляя, не сбежать ли. Снова.

– Теперь твоя жизнь в моих руках, Теа.