1
0— И что мне теперь делать?
— Не знаю, твои дела. Иди, девка, иди. Устала я сегодня. — Фрося отвернулась, встала со стула и ушла в глубь комнаты.
Когда Ульяна исчезала с ее глаз, она еще долго крестилась, бормоча какую-то ей известную молитву.
Ульяне ничего не оставалось, как уйти несолоно хлебавши. Опять Светка подсуропила! Бабка, бабка! Обманщица. Или это ей так не везет? Вон люди стояли, ушли довольные, а она… Но помогать насильно ее не заставишь, а она уперлась, заладила: «Уходи, уходи!» Старая калоша. Потом Ульяна остыла немного, ладно, сами справимся…
Но справляться получалось все хуже. Ежедневные пьянки плавно перешли в запои. Сначала это длилось по два дня, потом уже почти неделю. Гриша еле дотянул до отпуска. Ульяна тоже отпуск взяла, думала, вместе отдохнут, съездят куда-нибудь. Очень ей развеяться хотелось, год трудный выдался. Но ехать Гриша категорически отказался. Наотрез. Ульяна и так и эдак его уговаривала, он ни в какую.
— Не хочу я никуда, отвяжись! Езжай, если тебе так хочется, меня только в покое оставь!
— Ну куда же я без тебя-то поеду?
— Да катись, куда хочешь! Тебе что, нянька нужна?
— Нянька мне не требуется, но негоже замужней женщине одной по курортам разъезжать.
— А ты никому не говори, что ты замужем, никто и знать не будет.
— А как ты один-то здесь?
— Ну жил же я как-то без тебя! Я, чай, не инвалид… А то к матери уеду, у нее поживу.
— Ладно, — Ульяна сдалась, — давай дома останемся, и тут дела найдутся.
— Ну, как хочешь. А то я бы и без тебя обошелся. Смотришь так, будто я чего должен тебе. Не должен! Слышишь, не должен! И не смотри на меня так.
— Как, Гриша? Господи! Чего ты завелся-то? Идем искупаемся лучше, жара вон какая стоит.
— Иди, купайся, не хочется мне.
Ульяна накинула сарафан и пошла к реке. Сколько можно его капризы терпеть? Опять, кажется, на него злость на всех и вся напала, бросается, как цепная собака. Можно было бы и уехать, пусть как хочет, но одной и правда не особенно Хотелось. Куда ехать-то? Тут и лес, и речка, она и здесь отдохнет. С матерью в город съездит, к родственникам, может, еще куда, а там и отпуску конец. Да и Гришу одного оставлять надолго страшновато. А вдруг как опять приступ? Кто его утешит, успокоит, слово ласковое скажет? Некому. Совсем с ума сойдет парень. Не прошла любовь еще у Ульяны, не прошла. А потому и не может она к мужу равнодушно относиться. Кабы прошло все, так и ушла бы от него насовсем, но не пускает что-то. Будто связаны они. На счастье ли, на беду, но связаны. «Навеки мы с тобой», — мелькнула у Ульяны мысль, одновременно и испугав и обрадовав.
И опять покатилась жизнь по инерции. Гриша целыми днями валялся дома, Ульяна ходила на реку, в лес, раза два съездили с матерью к родственникам и в город по магазинам. Прошел отпуск, как один день.
