Дунайские волны

С одной стороны, мне, конечно, тоже было любопытно посмотреть, что наша дама туда загрузила, да и интересные фотки там, скорее всего, имеются, которые могут пригодиться нашей Службе. С другой, я подозревал, что часть информации лучше нашим друзьям не показывать. Более того, я помнил, что она при включении всегда рисовала какой-то замысловатый узор на экране, и даже успел примерно запомнить, какой именно. Но Чарли об этом знать незачем. Так что даже если он сел не полностью, могу честно сказать, что войти, не зная узора, не смогу.

Да и неизвестно, был ли он включен, когда мы покинули наши пенаты, и успела ли она его до того зарядить. Зная Елизавету, я подозревал, что да, успела, но зачем об этом трубить нашим «лимонным» друзьям? Я ответил, что без зарядки он, скорее всего, не заработает, на что Алан выложил еще и зарядку с проводом, и внешний аккумулятор, а Чарли спросил, не помогут ли мне эти приборы. Я тогда сказал, что пусть мне их дадут, и я попробую что-нибудь сделать, но ничего обещать не могу. Чарли сунул все в какую-то сумку, сказав мне, что отдаст их мне в конце нашего путешествия, в Эдинбурге. Именно так я узнал конечную цель нашего полного приключений путешествия.

Жизнь моя в каюте была вполне сносной. Кормили и поили хорошо, ночную вазу выносили вовремя. На полочке стояли несколько книг на английском; Роберта Льюиса Стивенсона там, понятно, не было – ему на тот момент и четырех лет еще не исполнилось, – зато имелись Вальтер Скотт, Байрон и даже Джеймс Фенимор Купер, несмотря на то что он был родом из «мятежных колоний». Книги я всегда любил, да и скучать мне не хотелось. И я засел за Скотта. Все-таки он шотландец и пишет о стране, в которую мы едем.

А Чарли – всегда в компании Алана – время от времени навещал меня и пытался расспросить про наше будущее. Я же каждый раз хитро улыбался – типа сначала деньги на бочку – и начинал расспрашивать его о том, как именно мы собираемся попасть в этот ихний Эдинбург, примерно с тем же результатом.

Единственное, что мне мешало весь первый день – громкие пьяные крики на польском языке откуда-то из каюты по соседству. Но той же ночью крики сменились стонами, которые вскоре прекратились. А примерно через час я вновь услышал два всплеска.

После завтрака Чарли сказал мне:

– Как и было обещано, Федор, вам теперь дозволительно погулять на палубе. Мы вышли из русских территориальных вод.

– Чарли, а где наши польские друзья? Неужто заболели?

– Именно. И, увы, с летальным исходом. Больше мы их не увидим. Надеюсь, вас это не сильно опечалит?

– А теперь прошу выслушать меня внимательно. Мы направляемся в Швецию, откуда наши друзья переправят нас через горы в Норвегию. А откуда мы отправимся на Британские острова.