8
0Они вообразили, что мосье Рено завел интрижку с некой мадам Добрэй, которая, кажется, живет тут неподалеку.
Краска бросилась в лицо мадам Рено. Она вскинула голову, но потом прикусила губу, лицо ее болезненно передернулось. Стонор удивленно уставился на нее, а мосье Бекс, подавшись вперед, вкрадчиво заговорил:
– Весьма сожалею, мадам, что приходится причинять вам страдания, но прошу ответить мне: есть ли у вас основания предполагать, что мадам Добрэй была возлюбленной вашего мужа?
Судорожно всхлипнув, мадам Рено закрыла лицо руками. Плечи ее вздрагивали. Потом она подняла голову и сокрушенно сказала:
В жизни своей не видел такого изумления, как на лице у Стонора. Похоже, он был сражен наповал.
Трудно сказать, какой оборот принял бы наш разговор, ибо в этот самый миг дверь резко распахнулась и в гостиную быстрыми шагами вошел высокий незнакомец.
На мгновение мистический ужас охватил меня – мне показалось, что ожил покойный мосье Рено. Но я тут же сообразил, что в его темных волосах нет седины и что этот стремительно ворвавшийся незнакомец еще очень молод, почти мальчик. Он бросился к мадам Рено с пылкой непосредственностью, точно не замечая нашего присутствия.
– Жак! – вскрикнула мадам Рено, заключая его в объятия. – Мой ненаглядный! Откуда ты взялся? Ты же должен был еще позавчера отплыть из Шербура на «Анзоре»? – Вспомнив вдруг о нашем присутствии, мадам Рено сказала с присущим ей сдержанным достоинством: – Мой сын, господа.
– О! – воскликнул мосье Отэ, раскланиваясь с молодым человеком. – Стало быть, вы не отплыли на «Анзоре»?
– Нет, мосье. Я как раз хотел объяснить, что отплытие «Анзоры» задержали на сутки – какие-то неполадки в двигателе. Мы могли бы отплыть не позавчера, а только вчера вечером. Но из вечерней газеты я узнал о трагедии, постигшей нас… – Он осекся, на глаза навернулись слезы. – Бедный отец… бедный, бедный отец.
Уставившись на него немигающим взглядом, мадам Рено повторила, точно во сне:
– Так ты не уехал? – Потом, махнув рукой со смертельно усталым видом, она проговорила будто про себя: – Впрочем, теперь уже все равно…
– Садитесь, мосье Рено, прошу вас, – сказал мосье Отэ, указывая на кресло. – Поверьте, я глубоко сочувствую вам. Понимаю, какой это для вас удар. Тем не менее очень удачно, что вы не успели отплыть. Надеюсь, вы не откажетесь сообщить нам все, что вам известно, чтобы пролить свет на эту ужасную трагедию.
– Я к вашим услугам, мосье. Готов ответить на все ваши вопросы.
– Для начала я хотел бы узнать вот что. Вы отправились в Южную Америку по настоянию отца?
– Вот как! Какова же цель этой поездки?
– Не знаю. Вот телеграмма. Прочтите сами.
Следователь взял ее и прочел вслух:
– «Немедленно сегодня отправляйся Шербура „Анзорой“ Буэнос-Айрес.
