8
0Но о каком умолчании вы говорите и какое это имеет к ней отношение?
– Что, если эта Белла Дьювин больше чем просто приятельница ее мужа, например?
– Ах, вот оно что! – воскликнул Стонор. – Понял. Но вы ошибаетесь, готов прозакладывать последний доллар. Уж что-что, а за юбками старик никогда не бегал. И жену свою он просто обожал. Более любящей пары в жизни не видел.
Мосье Отэ с сомнением покачал головой.
– Мосье Стонор, мы располагаем неопровержимыми доказательствами – любовным письмом, написанным Беллой к мосье Рено, она упрекает его в том, что он охладел к ней. Более того, у нас есть доказательства, что незадолго до смерти он завел интрижку с француженкой, некой мадам Добрэй, которая арендует соседнюю виллу.
– Постойте-ка, вы забрали не туда. Я хорошо знаю Поля Рено. То, что вы говорите, – категорически невозможно. Тут должно быть другое объяснение.
Следователь пожал плечами.
– Какое же тут другое объяснение?
– Что именно навело вас на мысль о любовной связи?
– Мадам Добрэй имела обыкновение навещать мосье Рено по вечерам. К тому же, с тех пор как он поселился здесь, мадам Добрэй положила на свой банковский счет крупные суммы денег. В общей сложности, если перевести в английские фунты, получится четыре тысячи.
– Вот это верно, – спокойно согласился Стонор. – Я сам переводил ей эти суммы наличными по его требованию. Но любовной связи между ними не было.
– А что же это было?
– Шантаж, – отрезал Стонор, хлопнув рукой по столу. – Вот что это было!
– О! – вскричал потрясенный следователь.
– Шантаж, – повторил Стонор. – У старика просто вымогали деньги – да как ловко! Четыре тысячи всего за пару месяцев! Вот так! Я ведь говорил вам только что – ему есть что скрывать. Очевидно, эта мадам Добрэй что-то знает, вот и давила на старика.
– А ведь вполне возможно! – возбужденно вскричал комиссар. – Вполне возможно!
– Возможно, вы говорите? – прогремел Стонор. – Не возможно, а точно. Скажите, вы спрашивали мадам Рено, что она думает об этой любовной истории, которую вы придумали?
– Нет, мосье. Мы старались не причинять ей лишних страданий.
– Страданий? Да она бы посмеялась над вами. Говорю вам, они с Рено были такой парой, каких разве одна на сотню сыщется.
– Да, кстати, еще один вопрос, – спохватился мосье Отэ. – Мосье Рено посвятил вас в свои планы относительно завещания?
– Да, тут я целиком в курсе: когда мосье Рено составил завещание, я сам отправлял его нотариусу. Могу сообщить вам фамилии его поверенных, и вы ознакомитесь с содержанием этого документа. Завещание хранится у них. Там все просто: половина состояния переходит к мадам Рено в пожизненное пользование, вторая половина – сыну. Разным другим лицам завещаны мелкие суммы. Помнится, мне он оставил тысячу фунтов.
