Через оптические прицелы внимательно изучали высоту, мокрую низину, которая вела к топкому болоту.
— Вот тут мы и пойдем сегодня ночью, — сказал Лавров. — Видите — на краю болота дерево расщепленное? Кстати, там немецкий снайпер прятался, на которого мы с Людой Михайловой охотились. Еще дальше, на склоне, — дзот. Дзот есть и на вершине высоты. Это наши основные цели. В ходе боя, конечно, появятся и другие. А сейчас — домой, готовиться. Мой совет: обязательно возьмите запасные портянки, что-нибудь еще из тряпья. Вымокнем по пояс. Надо подумать, как уберечься от простуды.
С наступлением сумерек вся ударная группа была построена неподалеку от штаба батальона. Проводить ее прибыли майоры Воронков, Стороженко, тут же находился и капитан Портон — командир второго батальона.
— Ну как настроение, товарищи? Боевое? — с улыбкой спросил майор Воронков.
— Боевое! — ответили вразнобой солдаты.
— К утру высота должна быть взята. Во что бы то ни стало! Это раз. А во-вторых, надо удержать ее до перехода в наступление основных сил полка. Задача сложная. Но мы верим, что вы с ней успешно справитесь. Больные или сомневающиеся есть? — Строй молчал. Тимофей Егорович с минуту выждал, потом повернулся к Стороженко: — Пожайлуста!
Начальник штаба сделал шаг вперед и скомандовал:
— Равняйсь! Смирно! Напра-во! — Прислушался. И снова: — Нале-во! — Еще прислушался. — Кру-гом! — Подошел к строю, поискал кого-то глазами.
Из строя вышел солдат в нахлобученной пилотке, доложил:
— Рядовой Мургалиев.
Майор осмотрел его внимательно, потрогал поясной ремень, вещмешок и сказал:
— Плохо подогнали снаряжение, товарищ Мургалиев. Котелок лязгает обо что-то, лопата при движении задевает за диски автомата. Так не годится. — И уже обращаясь ко всему строю: — Прошу командиров отделений, каждого солдата еще раз тщательно проверить все, подогнать. Запомните: главное при переходе болота — тишина.










