1
0– А черт ее знает! Я когда в 89-м году в командировку в Красноярск летал, так там ее ребята-сибиряки пели… Эх, мировой у нас с тобой закусон получился, – цокнул языком Виктор Ильич, выставляя на стол сковородку с яичницей размером в добрый десяток яиц и плашку крупно нашинкованного салата из огурцов и помидоров. – Еще бы рыбицы красненькой чуток, тогда вообще – нет слов. А знаешь, почему при коммунистах осетра купить было нельзя?
– Потому что гэбэшники его изводили!
– А осетр-гад все норовил икру за границу переметнуть… Стоп! Але, гараж! Ты это чего творишь? Давай-ка и мне пять капель плесни.
– Так ведь Алена Петровна сказала…
– Мало ли что она сказала. А ты и уши развесил… Ну, давай, выпьем за двух женщин, которых люди всегда вспоминают в самую трудную минуту.
Александр Сергеевич расстался с соседями в начале первого. После «Курвуазье» была еще и «Столичная». И не один раз… Словом, Нестеров в очередной раз с особым цинизмом подтвердил, что трезвым он домой отныне не возвращается.
Он тихонько открыл дверь, стараясь не шуметь, прошел в комнату Ольги и осторожно потрогал лоб – жара не было. Лишь сейчас бригадир вспомнил, что забыл яблоки на кухне у Голубевых. Но возвращаться не стал – плохая примета.
Хотя на самом деле хуже чем сейчас, пожалуй, вроде как было и некуда.
При сообщении сведений о каждом наблюдаемом в самом начале должно указать, где он живет. Если местожительство не установлено, то и писать так. При посещении наблюдаемыми домов следует точно указывать помимо улиц еще и номер владения и фамилию владельца, если нет номера, а равно по возможности и квартиру.
Тогда создалось впечатление, что Козырев понял все правильно. По крайней мере, на следующий день внюхивавшийся в подчиненного с остервенением сотрудника ГИБДД Нестеров уловил в Пашином дыхании лишь легчайшее амбре с остатками паров пива «Балтика № 3 Классическое».
– Похмелялся чутка, – виновато развел руками Паша.
– Запомни дозу, – строго сказал бригадир, успокаиваясь. Но, как оказалось, успокаиваться было рано: сегодня Козырев снова не смог дозвониться до Полины, а жить скупыми сводками о ее самочувствии, которыми через бригадира их снабжал Ладонин, для влюбленного сердца было просто невыносимо. Поэтому вечером Паша опять отправился в знакомый гастроном и опять приобрел бутылку пойла «Кавказ», полюбившуюся ему за оптимальное сочетание цены и качества. В том смысле, что при стоимости, равной двухлитровой бутылке «Пепси», эта ядерная смесь вставляла по мозгам не слабее резиновой пули, выпущенной в голову из средства самозащиты «Удар».
Где-то около половины одиннадцатого вечера в дверь Пашиной комнаты постучали.
