Бригада (1-16)

Да, я вел и веду дела с представителями разных миров. Да, в своей жизни я не раз попадал в экстремальные ситуации и были моменты, когда я был вынужден преступить закон… Но скажите – какой человек в России избежал всего этого?.. Если мы не лицемеры и не хотим обманывать сами себя, мы знаем, что вопрос не в этом. Вопрос в том, что ты за человек и чего ты хочешь. В конце концов все мы хотим нормально жить в своей стране, думать о будущем, растить детей, все такое. Другое дело, что один человек попадает в водоворот, а второй бабочек коллекционирует. И так будет всегда, потому что это жизнь.

Теперь дальше. Все вы очень хорошо знаете, что беззаконие в России, в котором все мы так или иначе запачкались, началось сверху, с власти. Потому что когда власть слаба, продажна и не отвечает за свои слова, тогда в стране наступает хаос. И вот я, как кандидат в депутаты, вижу свою задачу в том, чтобы помочь этот хаос прекратить. Вы скажете, а кто ты такой, Александр Белов? И почему ты считаешь, что способен это сделать? Я отвечу. Вы видели в эти дни ролики по телевизору, где люди обо мне говорят. Сколько их было? Десять, восемь? Так вот. Таких роликов можно было сделать тысячи. И все люди бы сказали, что можно плохо или хорошо относиться к Белову, но одного у него не отнять – он никогда не поступал против справедливости и всегда отвечал за свои слова. Так вот – я отвечаю за свои слова. Теперь выбор за вами. Все. Благодарю за внимание.

На секунду в студии стало тихо-тихо, и вдруг сверху, из аппаратной раздались одинокие хлопки – это Гудвины по достоинству оценили экспромт своего босса. Их тут же поддержали Макс с Антоном, за ними захлопали режиссер, техники, осветители. Вся студия наполнилась аплодисментами, Саше рукоплескали даже операторы.

Не аплодировали только трое – ведущий программы и оба его гостя. Но Максим тут же спохватился – прямой эфир все-таки – и с профессионально-радостной улыбкой зашлепал ладошками! Он выразительно взглянул на Каверина, и тот, разом вспомнив, что находится под прицелом камер, вынужден был несколько раз хлопнуть черной, неживой рукой о липкую от пота ладонь…

А наверху, в аппаратной, к остолбеневшему Вадиму подошел Рыжий Гудвин и, заглянув ему в лицо, язвительно заметил:

– Перл-Харбор, сэр…

XXXIV

Пчела с Космосом засиделись в пустом тихом избирательном штабе Белова.

Под столом уже стояла пустая бутылка, а на столе стояли еще две початые. Пчела разливал спиртное, себе – коньячку, другу – вискаря.

Космос в это время разговаривал по телефону:

– Нет, послезавтра выборы, так что давай завтра пересечемся в «Балчуге», надо кое-какие детали обсудить… Ну, будь…

Пчела поднял свой стакан.

– За Саньку! Ну он и дал батальонам огня! – усмехнулся он. – Я, блин, аж заслушался…

– Могет, чего уж там! – кивнул Космос.