Бригада (1-16)

Зато Гудков ел, сколько хотел.

Так шел день за днем. Однажды, просматривая очередную запись, Степанцов воскликнул:

— Черт возьми! Кажется, я нашел!

Что-нашел? — не понял Николай.

— Я нашел отличный подарок для Пейтона. Это классный сюрприз.

— Расскажи, — попросил Гудков, но Сергей лишь отмахнулся.

— Завтра. Сегодня я еще раз все хорошенько обдумаю, а уж завтра…

— Ну ладно. Подождем до завтра, — ответил флегматичный Гудков, и они отправились обедать.

Белов тоже не терял времени даром. Через генерала Введенского он навел справки о Буцаеве, и оказалось, что Роман Остапович — личность в некотором роде примечательная.

Саша сидел у себя в кабинете и раз за разом перечитывал его интерполовское досье, помеченное грифом «Совершенно секретно».

В чем-то эта подготовка напоминала работу Степанцова по изучению Пейтона. Сергей знал о нем все, и Белов теперь знал все о своем противнике.

Боксер готовил сопернику неприятный сюрприз, и Белов придумывал комбинацию за комбинацией. Степанцов понимал, что на стороне Пейтона будет почти вся публика в Мэдисон-Сквер-Гардене, и Белов наверняка знал, что американская полиция всегда примет сторону американского гражданина, коим Буцаев являлся уже семь лет.

Наконец, Сергей осознавал тот факт, что ему необходимо победить чисто и убедительно,

поскольку надеяться на лояльность рефери не приходилось. Да и Белов не тешил себя иллюзиями — встреча предстояла на чужой территории, и помощи ждать было неоткуда. Но.

«У панчера всегда есть шанс», — твердил про себя Белов и улыбался…

Все утро следующего дня Степанцов ждал и не мог дождаться спарринга. С трудом сдерживая торжествующую улыбку, он натянул тренировочные перчатки — мягкие, с увеличенным слоем поролона.

Нанести такими нокаутирующий удар было практически невозможно. Ватсон и Гудков почувствовали его настроение и приготовились к неожиданностям. Противники нырнули под канаты, попрыгали несколько раз на месте, словно проверяя на прочность настил ринга.

— Готовы? — спросил их Ватсон, выступавший в качестве рефери и ассистента одновременно.

Оба закивали головами, качая маятник и нанося друг другу удары на расстоянии.

Ватсон включил видеокамеру и ударил в гонг. Бойцы сошлись в центре и принялись работать по обычной схеме.

Гудков взял на себя роль второго номера; он не атаковал, а, только защищался, стремясь измотать противника, и при первом же удобном случае лез в ближний бой. Степанцов работал первым номером. Он, напротив, наседал на Гудкова, навязывая ему свою манеру боя и скорость. В ближний бой не лез, предпочитая держать среднюю и дальнюю дистанции.

Первый раунд прошел очень технично. Степанцов ни на секунду не забывал о том, что он должен именно боксировать.