Войтех считал себя хладнокровным человеком, более того, он много лет сознательно воспитывал в себе невозмутимость и спокойствие, но сейчас они разом оставили его. Когда тени замелькали у самого его лица, а хлопанье их крыльев заполнило уши, оставшись практически единственным звуком, он почувствовал, как подступает паника. Даже в подвале с восставшими из мертвых бомжами было проще, там он, по крайней мере, видел цель, видел угрозу и понимал, что происходит и что произойдет дальше. Сейчас же он не видел, ни что на них напало, ни откуда это взялось, и совершенно не понимал, чего оно хочет.
В тот момент, когда паника полностью лишила его возможности думать и анализировать, кто-то вдруг прошептал у самого его уха:
– Брось фонарь, – прошептал кто-то у самого его уха.
Войтех резко обернулся, пытаясь выхватить лучом фонаря того, кто это сказал, но снова увидел только мельтешащие тени.
– Брось его, – шепот снова раздался позади. – Они существуют только на свету.
Войтех снова оглянулся, все еще пытаясь разглядеть того, кто разговаривал с ним, но в гроте, кроме него, Саши и тысяч странных теней, никого больше не было.
– Выключи свет! – теперь шепот прозвучал с раздражением.
Войтех заставил себя замереть и щелкнуть сначала кнопкой выключения на фонаре, который держал в руках, потом той, что выключала фонарь на каске.
Ощущение того, что кто-то летает вокруг него, сразу исчезло.
Однако Саша все еще сражалась с невидимым противником. Она лежала на земле, отмахиваясь от кого-то руками и ногами, в свете ее фонарей тени по-прежнему мелькали. Она или не услышала загадочный шепот, или не посчитала правильным ему довериться.
– Брось фонарь! – крикнул ей Войтех.
Побоявшись, что она уже слишком напугана и не может воспринимать советы, он подбежал к ней, в темноте больно ударившись ногой о какой-то выступающий камень, и выбил фонарь у нее из рук.
– Успокойся, это я! – крикнул Войтех.
Воспользовавшись ее секундным замешательством, он сгреб ее в охапку, прижав к себе, чтобы она не смогла вырваться, и дотянулся до кнопки выключения фонаря на задней части ее каски.
Теперь они оба оказались в темноте и тишине.










