3
0К счастью, никого из знакомых по пути я не встретила и уже в лифте подумала: открыть дверь ключом или позвонить? Нет, я позвоню и тут же отдам Глебу ключи.
Он распахнул дверь мгновенно. У меня сердце екнуло, до того он был хорош – в джинсах, без майки, с мокрыми волосами. Явно только что из душа.
– Сашка, ну что ты устроила? – кинулся он ко мне. – Я же чуть с ума не сошел, когда обнаружил, что тебя нет и еще какая-то идиотская записка… Тебе кто-то что-то обо мне наговорил, а ты поверила?
– Не кто-то, а ты сам!
– Глеб, это все неважно, а важно то, что я хочу развестись, и как можно скорее!
– Зачем такая спешка? Я так и знал, что у тебя есть любовник, я был в этом уверен, ты наставляла мне рога и водила меня за нос много лет, и все эти трогательные истории о том, как ты была прислугой, не более чем удачная отмазка! И кто же этот счастливец, хотелось бы знать. Чем он лучше меня, а? Богаче, наверное, вот в чем дело! Но это ты зря, я теперь тоже начал зарабатывать!
– Глеб, нападение – лучшая оборона, это давно известно. Если ты думаешь, что я стану оправдываться, в чем-то тебя разубеждать, то напрасно. Говорю же, мне нужен только паспорт и развод.
В этот момент зазвонил телефон. Глеб в ярости схватил трубку, но тут же сбавил тон, – видимо, звонок был важный. А я тем временем заглянула в ванную, нет ли там следов посторонней дамы. И, разумеется, на полочке под зеркалом стояла чужая губная помада. Это было опять до того банально, что я рассмеялась. Ощущение банальности отступало почему-то лишь в общении с Эммой и при мысли о Майорке.
Я вернулась в комнату. Глеб еще говорил по телефону. Я села на диванчик, с такой любовью купленный совсем недавно… Наконец Глеб положил трубку.
– С телевидения звонили, предлагали попробоваться на роль ведущего в какой-то игре. Хорошие деньги, между прочим.
– Поздравляю. Так как насчет развода?
– Торопишься? – с неприязнью взглянул на меня муж.
– Просто я уезжаю, и надолго, а если тебе приспичит жениться, где ты будешь меня искать?
– Во-первых, я жениться не собираюсь, это все дурацкие выдумки… Никого у меня нет…
– Да? И, скажешь, не было?
– Не говори глупости!
– Глеб, не надо выкручиваться, я все знаю, и про Лару-Лауру, и про Яну, которая доводит тебя до изнеможения…
Он вдруг покраснел. Я даже умилилась. Ведь он, в сущности, хороший парень. И превосходный актер.
Потому что, почувствовав, что краснеет, тут же изобразил праведный гнев, якобы вызвавший эту краску.
– Послушай, ты городишь какую-то чушь! Мне говорили, что актерские жены часто бывают ревнивыми до идиотизма, но ты-то вроде была не такая!
– Глеб, ну давай поговорим спокойно, как цивилизованные люди.
– Ты цивилизованная? Ты? Да ты просто заплесневела в последние годы, ты не можешь простить мне те жертвы, которые принесла.
