Я знаю, что видел

Он проводит нас в симпатичную комнату, где ждет женщина с натянутой улыбкой. Я озираюсь. Больше деревянных панелей на стенах. Подъемное окно выходит на вымощенный двор, из-за чего все здесь выглядит как пародия.

– Мистер Шют, я Назрин. Присаживайтесь, – обращается она ко мне, а затем поворачивается к Джен: – Как я рада снова видеть тебя, Джанин.

Джен улыбается и садится рядом со мной за большой стеклянный стол. Назрин захлопывает ноутбук и наклоняется вперед.

– Мистер Шют. Сразу к делу. Я ознакомилась со всеми документами, которые соизволило передать обвинение. Из того, что я увидела, есть новости хорошие и плохие.

Обнаруживаю, что непроизвольно киваю, как будто подвешен на нитке, которую она дергает своими пальцами.

– Хорошие новости в том, что нет никаких данных судмедэкспертизы, подтверждающих вашу причастность к убийству. Это означает, что, насколько можно судить, не обнаружено ничего – ни рядом с телом, ни даже в комнате. Хотя будьте уверены, что они продолжат расследование, и не удивляйтесь, если улики представят в самую последнюю минуту.

– Ладно, – говорю я и смотрю на Джен, которая выглядит расслабленной, передав меня в руки эксперта.

– В ходе допроса тем не менее вы сделали некоторые заявления. Должна сообщить вам, мистер Шют, что, если бы вы последовали рекомендации во время последнего допроса, этих бы козырей у них сейчас не было. То есть, думаю, мы бы смогли исключить из дела сделанные вами ранее заявления, несмотря на озвученное предостережение. Но теперь работаем с тем, что есть.

– И что же у нас есть? – переспрашиваю я.

– Зависит от вас, мистер Шют. Если продолжите настаивать на том, что заявили ранее, то у нас есть вы, присутствовавший на месте совершения убийства без какого-либо внятного объяснения. Не говоря уже о факте снятия значительной суммы наличных с банковского счета за несколько недель до ее смерти.

Последнюю фразу она произносит, приподняв брови, как будто ожидает, что я стану возражать.

– Что вы имеете в виду – настаивать? Я не могу отменить то, что уже сказал.

Ерзаю на стуле. На мне одежда, в которой я спал, пусть я и постирал ее потом в общественном туалете. Выглядит это следующим образом: я беру носок и тщательно тру его в горячей воде с мылом. Потом, пока он еще мокрый, обтираюсь им как влажным платком, а затем сушу в сушилке для рук. Однако грязная одежда даже на чистой коже причиняет мне дискомфорт.

– Но, как уже говорила Джен, я думаю, что был там. В восемьдесят девятом то есть. Грейс дала мне ключ. Уверен, так и было. Наверняка я там был. Наверняка это ее убивали у меня на глазах.

Она кладет ручку за ухо и бросает взгляд на Джен, которая тут же проворно его ловит.

Джен роняет голову на грудь, приготовившись к тому, что случится следом.