3
0Башня, в которой расположилось местечковое отделение Высочайшей Гильдии магов, представляла собой сооружение столь странное, что достойно оно было отдельного полотна. Эта башня то ли вырастала, то ли подминала под себя неказистое вытянутое строеньице из красного кирпича. Оно закрывалось от мира ставнями, на сей раз не резными и не расписными, но обыкновенными, которые открыть бы, впуская внутрь свет и ветер.
Аглая запрокинула голову.
Башня, выходившая из этого строения, не отличалась высотой, поднимаясь едва-едва над остатками городской стены, но была пузата и кривовата. Над нею гордо реяло знамя с соколом, правда какое-то бледное, выцветшее. Над дверью имелась и табличка, в которой сообщалось, что прием посетителей по личным вопросам осуществляется в приемные часы, а также эти самые часы указывались.
— Идем, — Эльжбета Витольдовна решительно толкнула дверь и, оказавшись внутри, громко поинтересовалась: — Есть кто живой?
Вопрос, к слову, был не пустяшным, ибо внутри строения царила та унылая пыльная пустота, которая появляется в зданиях заброшенных.
— Мага нету, — донеслось сверху. — Отбыл-с. По служебной надобности.
— А ты кто? — Марьяна Францевна провела пальцем по подоконнику, на который сквозь закрытые ставни пробивалась-таки тонкая полосочка света.
— Я? — удивились сверху. — Я писец!
— Писец, — странным голосом повторила Эльжбета Витольдовна, но тихо. И громче уже велела: — Спустись-ка сюда, писец!
— Спустись, узнаешь.
— Не хочу, — отозвался неизвестный.
Сумрак отступал, позволяя разглядеть не то чтобы беспорядок, все же беспорядка тут не было, скорее уж унылую пустоту, кое-как разбавленную мебелью. Прижались к стене лавки для посетителей, чуть дальше, почти скрывался в полумраке шкаф, а подле него — еще один. Содержимое их рассмотреть не представлялось возможным, но Аглая попыталась.
Она отметила и ковер.
И лестницу, к которой решительным шагом направилась Эльжбета Витольдовна.
— Мда, — только и сказала Марьяна Францевна, вытирая пыль с пальца платочком. — Что ж… провинция…
…и вправду, провинция.
В Китеже не допустили бы подобного.
Тамошнее отделение Гильдии занимает огромный особняк. Аглае случалось бывать, с мужем само собою, когда еще он считал нужным брать её.
И показывал, что это вот отделение, более напоминающее дворец, что собственный кабинет, окна которого выходили на городской сад. И про работу рассказывал, правда, как-то не особо охотно.
Гранитные полы, отполированные до блеска. И мраморные колонны. Позолоту. Картины, что портреты великих магов, что полотна батальные, показывавшие нелегкий путь становления нынешнего царства.
Единственная картина на стене почти с этой стеной сливалась, и разглядеть, что же было там нарисовано, Аглая не сумела, хотя старалась.
