Добрые предзнаменования (пер. В.Филиппов)

– Почему у тебя на двери машины написано «Дик Терпин»?

– Потому что стоит нам появиться на большой дороге, и все останавливаются, – с несчастным видом признался он.

Кроули мрачно осматривал джип.

– Мне жаль, что ты лишился машины. – Азирафель тщетно пытался утешить его. – Я знаю, как ты ее любил. Может, если тебе удастся сосредоточиться…

– Все равно будет не то, – сказал Кроули.

– Знаешь, я ведь ее купил совсем новенькой. Это была даже не машина, а просто как перчатка, в которую можно залезть целиком…

– Где горит? – спросил он.

Порыв ветра поднял тучу пыли и бросил ее обратно.

Воздух раскалился, сгустился, и двигаться стало тяжело, как мухам в сиропе.

Кроули взглянул в полные ужаса глаза Азирафеля.

Земля содрогнулась с грохотом, который издает поезд метро, только этот ехал не под землей. Этот ехал наверх.

Кроули возился с зажиганием.

Земля дрогнула под ногами Анафемы и Ньюта, и они покатились по вздыбившемуся бетону. Из трещин хлынули потоки желтого дыма.

– Это что, вулкан? – завопил Ньют. – Что это?

– Что бы это ни было, оно в ярости, – ответила Анафема.

Кроули за рулем джипа страшно ругался.

Азирафель положил руку ему на плечо.

– Здесь люди, – сказал он.

– Да, – рявкнул Кроули. – И я!

– Я думаю, мы не можем допустить, чтобы с ними что-то случилось.

– Что ты… – начал Кроули и замолк.

– Я хочу сказать, что если подумать, мы причинили им достаточно неприятностей. Ты и я. За все эти годы. Тем или иным образом.

– Мы просто делали свою работу, – пробормотал Кроули.

– Ну да. И что? Множество людей за всю историю человечества просто делали свою работу, и посмотри, сколько они натворили.

Кроули открыл рот, чтобы возразить, и понял, что ему нечего сказать.

Все, что он мог потерять, он уже потерял. Худшего с ним произойти уже не могло. Он, наконец, ощутил себя свободным.

А еще, сунув руку под сиденье, он ощутил, что там лежит тяжелая монтировка. Пользы от нее, конечно, никакой, но, с другой стороны, пользы здесь не могло быть ни от чего. Более того, на самом деле значительно страшнее предстать перед Врагом Рода Человеческого с приличным оружием в руках. Тогда у тебя появится надежда, и будет только хуже.

Азирафель поднял меч, который уронила Война, и задумчиво взвесил его на руке.

– Ах, сколько лет я не прикасался к нему, – пробормотал он.

– Тысяч шесть, – отозвался Кроули.

– Подумать только, – сказал ангел. – Замечательный был день, без всякого сомнения. Старые добрые времена.

– Ну ты скажешь, – помотал головой Кроули. Грохот стал намного громче.

– В те дни люди понимали, что хорошо, а что плохо, – мечтательно сказал Азирафель.

– Именно. Вот и подумай об этом.

– Ах да. Слишком много путаницы?

Азирафель поднял меч, и он вспыхнул с шипением, словно кусок магния.