Добрые предзнаменования (пер. В.Филиппов)

Она не имела в виду, что они были «странные», но выразить словами то, что она имела в виду, вряд ли возможно, если не брать в расчет нечеловеческих воплей. Человеческий мозг, однако, обладает изумительной целительной силой, и фраза «какие они были странные» была лишь частью процесса скоростного исцеления. Через полчаса ей будет казаться, что она просто слишком много выпила.

– Теперь все, как считаешь? – спросил Азирафель.

Кроули пожал плечами.

– Боюсь, для нас – нет.

– Не волнуйтесь, – кратко сказал Адам. – Про вас двоих я все знаю. Вам беспокоиться не о чем.

Он посмотрел на остальных ЭТИХ, которые старались не пятиться от него. Казалось, он о чем-то думает. Потом он сказал:

– Все равно было слишком много путаницы. Мне лично кажется, что всем будет намного лучше, если они все забудут. То есть не совсем забудут, а просто не смогут точно вспомнить, что здесь было. И тогда мы пойдем домой.

– Но ты же не можешь оставить все, как есть! – кинулась к нему Анафема. – Подумай, сколько всего ты можешь сделать! Сколько хорошего!

– Например? – осторожно спросил Адам.

– Ну… для начала ты мог бы оживить всех китов.

Адам глянул на нее искоса.

– И тогда люди не будут их убивать?

Она замолчала. Как было бы здорово ответить «да»…

– А когда люди начнут убивать их, что ты попросишь сделать с людьми? – продолжал Адам. – Нет. До меня вроде бы дошло, как тут быть. Стоит мне начать вмешиваться, и конца этому не будет. И, как я понимаю, разумнее всего дать людям понять, что если они убьют кита, все, что у них будет – мертвый кит.

– Очень ответственный подход, – заметил Ньют.

– Просто разумный, – сказал он.

Азирафель хлопнул Кроули по спине.

– Похоже, мы выжили, – сказал он. – Страшно представить, что могло случиться, если бы мы хорошо выполнили свою работу.

– Угу, – отозвался Кроули.

– Автомобиль у тебя на ходу?

– Боюсь, с ним придется повозиться, – вздохнул Кроули.

– Я просто считаю, что мы могли бы подбросить этих добрых людей до города, – сказал Азирафель. – И разумеется, я должен пригласить мадам Трейси на обед. И ее молодого человека тоже.

Шедуэлл посмотрел себе за спину, а потом на торжествующее лицо мадам Трейси.

– Он о ком это? – спросил он.

Адам воссоединился с ЭТИМИ.

– А теперь, похоже, мы просто пойдем домой, – сказал он.

– Это уже неважно, – махнул рукой Адам, и они пошли за велосипедами.

– Но ты мог сделать столько… – сказала Анафема ему в спину.

Ньют мягко взял ее за руку.

– Не лучшая идея, – заметил он. – Завтра – первый день жизни, которая нам осталась.

– Ты знаешь, – она поглядела ему в глаза, – из всех избитых фраз, которые я просто ненавижу, эта – номер первый.

– Правда, здорово? – На лице Ньюта засияла счастливая улыбка.