0
0На столе среди объедков валялась карта, которую Ричардсон получил от графа Эссекса, а тот купил у господина Эйнана.
– Карта подвела, карта! – в который раз ревел обиженным быком капитан. – Из-за нее я потерял корабль и команду!
– Карта здравая и точная! – в который раз успокаивал капитана Осип Непея. – Могу на спор доказать, что твоя карта и карты наших поморов – показуют одинаковый северный берег Сибири!
Непея перекрестился на свою запасливость и вынул из шкапчика ложную карту, копию которой отдал Макару Старинову. Расстелил на столе.
Капитан подсунул ближе подсвечник и бухнул:
– Чего – есть? – удивился Непея.
– Точно, есть схожество обеих карт!
Ричардсон зашарил в нутре своего камзола, вынул лист с картой, полученной от Макара. И чуть не положил ее на стол спьяну. Но в последний момент одумался и шлепнул о столешницу карту Эйнана Миланского.
Конечно, карты отличались. Русская карта, хоть и весьма искаженная, имела точность по очертаниям береговой линии и по расстояниям. Но в англицкой карте Непея уловил то, чего, видать, не смог прочесть капитан Ричардсон, хоть он и капитан.
Рисунок капитанской карты точно отображал, что на чистый восток от норвегов есть два полуострова: Кольский, за которым прячется широкая губа, куда впадают несколько судоходных рек, и Ямал, за которым расположена Обская губа – самые ближние северные ворота в Сибирь. Обскую губу картограф изобразил точно, а вот реку Обь, что впадает в эту губу и служит добрым путем в китайские пределы, англицкий картограф не нарисовал! А с какой-то пьяни соединил реки Енисей и Обь. И текли по карте эти обе реки много восточнее обской губы. На подделанной русской карте за полуостровом Ямал длинного узкого залива – губы – не имелось, а прорисован был только намек на залив, каких на береговой линии множество.
Мореходные карты тоже имеют тайны. И тайны те стоят многих земель и богатств.
Макар Старинов сидел в соседней комнате, в кресле у стены. Он сытно отужинал и сейчас через особую отдушину в стене слушал разговоры дядьки Осипа с англицким капитаном.
По выверенному Непеей ходу разговора капитан Ричардсон вот-вот должен был закручиниться о его, Макаровой, судьбе. А Непея должен был предложить капитану выкупить Макарку из русских подданных и забрать с собой в Англию.
Такое действо совместно сообразили царь Иван Васильевич и ближний его – Непея.
Но капитан вел разговоры о парусах, о храбрых англицких матросах. А про Макарку не вспоминал.
Женщина из непеевской обслуги тихо вошла в комнату и положила на стол рядом с Макаром перелицованный капитанский подарок – морской англицкий камзол. Макар поднялся с кресла, надел обновленный подарок. Камзол сидел так, будто вместе с Макаром рос, без складочек, без лишних пухлостей.
