0
0Соскучившийся по разговору, поддавший водки стрелец, видимо, уловил некоторое изумление в голосе важного господина и проорал:
– Туша коровы стоит полтину серебром! Баран – три алтына! Гусь – один алтын! Дешево и сердито! Не робей, англ, с голоду не помрешь!
Накатанная ледяная дорога пошла вправо от реки Москвы – на речку Неглинную и втянулась прямо в Боровицкие ворота Кремля. Возок подкатил к боковому входу в Царские палаты. Конвой спешился. Дверца возка откинулась, и сухой, важный мужчина в посеребренном кафтане протянул капитану руку:
– По здорову ли королева англицкая?
Ричардсон оглянулся. В узком проезде между стеной Царских палат и длинной стеной какого-то храма второго возка, с Макаром Стариновым, уже не виднелось.
Капитан ступил на Московскую землю, сдавленно кашлянул:
– По здорову, по здорову…
Он не ведал посольского обихода, и дьяк посольского приказа, боярин Возничий, это тотчас смикитил.
– Ну, тогда пошли, капитан, чего там, – дьяк развернулся и пошел быстрым шагом на низкое крыльцо. Капитан Ричардсон едва поспел проскользнуть за ним в тяжелую, медью окованную дверь.
Посла Ричардсона царь Иван Васильевич принимал в Малом тронном зале.
Ивану Васильевичу недужилось. Врач Бромель сказал, что солнце поворачивает на весну, и в человеческом теле, как в дереве, начинают бродить соки. Соки эти давят на жилы и оттого – немочь.
Царь всея Руси принял посольскую грамоту капитана Ричардсона, передал ее стоящему по правую руку Осипу Непее, пригласил посла отобедать пополудни и сошел с трона. Обернулся:
– Какие будут вопросы, али просьбы, все решит Непея. Я же за делами многими, военными, смогу тебя, посол, только проводить. Не серчай.
И вышел, приволакивая за собой посох.
Капитан Ричардсон готов был целовать не шибко чистый пол в Малом тронном зале. Все, что он придумывал бессонными ночами насчет своего негаданного обитания в Московских землях, видать, не понадобится!
Непея узкими проходами вывел капитана на улицу, к тому же крытому, черному возку. Сели, проехали шагов сто конского хода, остановились.
– Поелику царь наш оказал тебе, сэр Ричардсон, великую почесть, жить будешь не на посольском дворе, за заставой, а у меня в доме! – возвестил Непея и помог сэру Ричардсону выйти.
Осип уже два раза бывал в Англии, характер англицкий знал и мог теперь водить «посла» вокруг да около. И мог сколько угодно называть безродного капитана «сэр». Это безродным очень нравится…
После жаркой мыльни, после трех кувшинов кваса и кувшина водки капитан Ричардсон заговорил дело.
Сидели в едальной зале непеиного дома. За столом служили две пожилые женщины, так что капитан свободно чесал языком. Женщины в деле – не считаются.
