Это настоящие герои! Я имею в виду танкистов, а не конструкторов… В бою и так тяжело, а если еще и техника подводит… Эх, да что там говорить!
Владимир Петрович махнул рукой и сжал зубы, чтобы не выматериться в голос. Зальцман и Котин сидели, стараясь не дышать.
– Ладно, вернемся к основному вопросу, товарищи, – пересилив вспышку гнева, продолжил разговор Бат. – Перед посещением вашего предприятия я был и на ГАЗе, и у товарища Грабина, и на Ижорском заводе. И там мы с товарищами очень быстро нашли общий язык. Надеюсь, и с вами получится не хуже.
Батоныч раскрыл клапан портфеля и вытащил из него тощую картонную папку, заполненную распечатанными на лазерном принтере листами с текстом и схемами (изначально все документы были в пластиковых офисных файлах и папках, однако по настоянию Иосифа Виссарионовича документы переложили в более соответствующую времени «упаковку». Во избежание ненужных вопросов, так сказать). Подтолкнув папку Зальцману, Бат сказал:
– Здесь подробный перечень недостатков и недочетов конструкции танка «КВ». Я прекрасно понимаю, что исправить их все, не нарушая технологического процесса и не снижая темпа производства, вы не сумеете.
– Ваша? – осторожно переспросил директор ЛКЗ.
– Да, моя. Сейчас я формирую танковую бригаду, которая будет укомплектована в основном машинами вашего производства.
– Товарищ полковник! – Котин на миг замялся, словно решая, стоит ли продолжать. Переглянулся с Исааком Моисеевичем (директор ЛКЗ едва заметно пожал плечами, «мол, поступай, как знаешь») и продолжил: – Тут вот еще какое дело… буквально позавчера нам передали из Москвы чертежи нового тяжелого артсамохода на базе как раз таки танка «КВ», вооруженного гаубицей «МЛ-20».
– Знаю, – не стал «множить сущности» Батоныч.










