Ледяной плен

— Вам очень больно? Хотите, доктора позову?

— Нет, лисенок, мои болячки аспирином не вылечить. Да и от него последние двадцать лет толку — одно название. — Еще раз приложившись к стремительно пустеющей бутылке, добытчик закрыл чудом уцелевшие после первой встречи с буренкой глаза. — Знаешь, а ведь я руки жены до сих пор помню. А до дома так и не дойти: то химза сдаст, то твари полезут. А ведь мне каждую ночь снится, что я домой вернулся, дверь открываю, а мне Димка на шею прыгает. Как котенок, маленький такой… А еще апельсины. Много…

По небритой щеке неожиданно скатилась слезинка, растворившаяся в складках шрама.

Этого от вечно задиристого одиночки не ожидала даже Лера.

— А дойти не могу…

— Дядя Миша, вам нужно поспать, — девушка огляделась в поисках одеяла.

— Я тебе, кстати, подарок принес, — неожиданно спохватился охотник. — Вас с Ерофеичем не было, так я его на стол поставил, не ошибешься. Конечно, не ах, но тварей я из-за него знатную кучу положил! Гнезда у них там разбросаны вот такусенькие, а пушка-то у меня во-о-от такущая…

— Вам нужно отдохнуть, — терпеливо повторила Лера, укутывая мужика ворсистым клетчатым одеялом.

— Спасибо тебе, Лерка, ты настоящий мужик! — пробормотал напоследок добитый сивухой дядя Миша, отвернувшись к стенке. — Одна меня понимаешь. Валера и я. Вале-е-ерия…

Через некоторое время он уже раскатисто захрапел.

* * *На столе, рядом с моргающей карбидкой, в стеклянной бутылке стоял он. Настоящий, живой… ЦВЕТОК. От неожиданности Лера даже перестала дышать и замерла на пороге, боясь ступить в комнату, в сумраке которой таинственно переливались розоватым светом миниатюрные ромбовидные лепестки.

Выйдя из оцепенения, девушка осторожно прикрыла за собой дверь и робко подошла к столу. В спертом воздухе комнаты разливался восхитительный сладковатый аромат, источаемый бледно-желтой мохнатой сердцевиной цветка.

— А, вернулась! — выглянул из своей половины Ерофеев. — Тебя тут уже прызент дожидается.

— Как красиво! — пролепетала присевшая на краешек скрипнувшего стула девушка. — Деда, а что это?

— Вестимо, что, — усмехнулся тот, разливая по чашкам дымящийся грибной чай. — Цветок. Все честь по чести, я на радиацию проверял.

Где его Батон откопал, одному богу известно. На болотах, что ли?

Лера представила себе мерцающий бескрайний ковер где-то там, на поверхности.

— А как он называется?

— Спроси чего полегче, — поставив перед девушкой кружку, Ерофеев подсел к столу. — У природы теперь другие порядки. На тюльпан или розу вроде не похож. Вот и гадай теперь, кто. Цветочек аленький!

— Аленький, — завороженно повторила Лера незнакомое слово.

— Ладно, родная. С днем рождения!

Лера и дедушка чокнулись жестянками кружек.