2
0"
"Многого узнать у Федотки не вышло, как только Царь не допытывался и не любопытствовал, но словам купчика внял — сэр Уиллоби жив здоров, да еще с какого-то перепугу остановился в новгородской земле, откуда свою грамотку шлет! Как? Что? Неужто спасся? Где ж он все время пропадал? Федотка, вдруг заделавшийся в посыльного от англичан, только плечами пожал да показал грамотку от Гуго. Грамотка это оказалась красноречивей любых слов. Прямо сейчас она лежала на столе перед Царем. И не лишне отметить, что, не будь оной, так не избежал бы Федотка расспроса с пристрастием, не посмотрел бы Государь-батюшка на то, что новгородский человек — купец Ивановского сто. Но внимательно прочитав текст послания, Иоанн Великий заколебался и отпустил Федотку восвояси. Да и помнил Царь, хорошо помнил, слова Ричарда Ченслора, пересказывающего грамотку Эдуарда «мы позволили мужу достойному, Гуго Уиллоби, и товарищам его ехать в страны…». Не Ричарду Ченслору, а Гуго Уиллоби повелели вести разговор. Потому Иоанн Васильевич тотчас вызвал людей проверенных и поверил им привезти в Москву англичан. Немедленно! А заодно перестраховался, товар сразу у Уиллоби выкупил, как того хотел Федотка.
Было в этой грамотке и кой-чего, что заставило Иоанна Васильевича перечитывать текст вот уже который раз подряд. Каждый раз он то приподнимал бровь, то ерзал, то хмыкал, одно косился на печать на сим документе. Королевская, английская… Не то чтобы он сомневался, но ведь грамотка целиком и полностью контрастирует с пересказом Ченслора. Теперь документ адресован лично «Царю и Великому князю всея Руси Иоанну Васильевичу», как в нем указано. Все бы ничего, душу греет, но отчего тогда у Ченслора не имелось прямого адресата? Так, всем владыкам северных стран — «…вам, цари, князья, властители, судии земли во всех странах под солнцем, желает мира, спокойствия, чести, вам и странам вашим!». Вот… Иоанн Васильевич вспомнил, как проявил некоторое разумное недовольство когда услышал эти слоа из уст Ричарда, но быстро остыл, крайне заинтересованный в торге с англичанами. Ченслор попросту не знал, с кем будет вести торг, куда вообще плывет, а позже даже честно признался, что они искали путь в Индию по поручению Эдуарда VI.
Другое дело — грамотка Уиллоби. Во-первых, правителем Англии в сим послании значилась Королева Мария I Тюдор, а не Король Эдуард VI, и послание начиналось со слов «Мария Тюдор Царю…». Сам Иоанн Васильевич не так давно узнал о воцарении Марии в Англии после политических неурядиц и даже не успел составить новой Королеве поздравительного послания. Зато Мария оказалась куда расторопнее. Королева и ее новый — считай, старый — посыльный отлично знали, с кем им предстоит иметь дело.
