Купец. Поморский авантюрист

Откуда? Отбывший несколько месяцев назад Ченслор успел побывать во дворе и передать собранные на Руси сведения? Сомнительно, но это предстояло выяснить.

Как бы то ни было, Мария сыграла на опережение и в своей грамотке прямым текстом испрашивала у русского Царя монопольную торговлю между Русью и Англией. Таким же прямым текстом она испрашивала разрешение поставить английский торговый двор в Новгороде, где англо-русская, а де-факто англо-новгородская компания будет представлять интересы английской короны. Вот тебе раз! Как все странно получается. Или не было никакого кораблекрушения и, разминувшись с кораблем своего старшего лоцмана, сэр Уиллоби вернулся в Англию, откуда направился в новое посольство. Если так, что это могло означать? Аннуляцию всех достигнутых договоренностей с Ченслором? Этот англичанин переставал быть легитимным послом, потому что не было больше Короля Эдуарда? Да и, признаться честно, Ричард никогда послом и не был, лоцманом — да, но не послом. Значило ли это надобность договариваться по новой с Гуго Уиллоби, переутверждать договоренности? Или… чем черт не шутит — англичане не стали тянуть кота за яйца и на основе договоренностей русского Государя и Ченслора зарядили на Русь полноценную торговую экспедицию?

Ответ мог быть самый разный и так или иначе Иоанна Васильевича устраивал — Царь был заинтересован в торговле с Англией, как еще контакты со странами Европы устанавливать. И положа руку на сердце ему было совершенно без разницы, с кем из английских купцов о торге разговор вести, как торговать. Прямые отношения с Европой в эту пору были серьезно затруднены, и Русь находилась в торговой и политической изоляции, чего Государь никак не мог допустить. Так что слова из ответной грамотки, адресованные Эдуарду VI, Иоанн Васильевич мог повторить для Марии. Торгу между Англией и Русью быть. От желания покупать английским купцам дворы и строить невозбранно Иоанн Васильевич тоже не откажется."

"Но смущал единственный момент, который Царь никак не мог уместить в своей голове и, наверное, потому столь длительное время тянул с решением по «делу англичан». При чем здесь были новгородцы? С какого такого перепугу Мария Тюдор вдруг решила указать в своей грамоте Новгород как место размещения английского торгового двора. Почему именно Новгород виделся Королеве посредником в международной торговле? Транзитный пункт — да, но место размещения двора компании? Упоминание Новгорода, переживающего последние годы не лучшие времена, смотрелось тем более странно, что бо́льшую часть торговли с немцами из Ганзы перетащили на себя псковичи. Если уж и выбирать «стоянку», то почему не Псков? Да и никаких таких договоренностей у Иоанна Васильевича и Ричарда Ченслора не существовало.