2
0Повзрослев, я надеялась, что у меня будет своя семья – и тоже не срослось. Не помогли ни кулинарные курсы, ни уроки вязания. Что-то, видимо, я делала не так, любые отношения заканчивались одинаково. А теперь – семья? Все это казалось жестокой шуткой. Да я даже не знаю, какой бывает семья у нормальных людей!
И не узнаю, если не заставлю себя перестать думать обо всякой ерунде и не сосредоточусь на происходящем. Инквизитор уже вернул книгу Винсенту, а тот передал ее профессору Стерри и остальным – тоже чтобы убедились, что никакого подвоха нет. Профессор, пробежав глазами страницы, протянул том мне, смерив меня оценивающим взглядом.
Я послушно приняла книгу, посмотрела на раскрытую страницу и мысленно охнула. Они серьезно? Может быть, для профессора некромантии схема в самом деле была элементарной. Или для местных, которым большинство символов знакомо. Хотя Винсент упоминал давеча, что в магии используется алфавит древнего языка, на котором давно никто не говорит и не пишет. Но для меня… Китайские иероглифы, и те кажутся понятней. Была бы художником, может, просто перерисовала бы, не вдумываясь.
Нет, отставить панику! Как будто мне впервой разбираться в сложных вещах. Когда я в первый раз заглянула в микроскоп, увиденное показалось мешаниной цветных линий и пятен. Ничего, прояснилось со временем. Ну да, на экзамене по патану перепутала микропрепарат аппендикса с маточной трубой, но разобралась же, в конце концов. Значит, и тут разберусь.
– Сколько у нас времени? – прошептала я, глядя на Винсента.
– Сколько угодно, – ответил он, не понижая голоса. – Пока не начнешь вливать силу в символы.
«Сколько угодно», ага. Главное, чтобы мы все не состарились к тому времени, как я увижу в этом хаосе линий хоть какой-то порядок. Впрочем, нет, с голоду помрем до того.
Винсент достал из воздуха мел, так же, как раньше – книгу, и добавил:
– Советую начать с центра."
"Центр. Единственная часть схемы, показавшаяся мне понятной. Я мысленно хихикнула. Центр представлял собой круг с вписанной пятиконечной звездой. Пентаграмма, внутри которой должен стоять испытуемый. Прямо демон в заточении. Хотя ни один демон Винсенту и в подметки не годится.
– Что тебя так развеселило? – шепнул он.
– Потом расскажу.
Если оно у нас будет, это «потом».
Он шагнул на середину площадки.
– Если готова, начинай. Больше я ничего не смогу тебе подсказать, пока не будет ясно, что я в здравом уме.
Не готова и вряд ли буду готова. Но деваться некуда. Или я все сделаю правильно, или его казнят как «порченого», а меня – как ведьму.
Я очертила вокруг него звезду, радуясь про себя, что идеальная форма не важна, главное, чтобы правильно были изображены символы.
