4
0
Женщина кивнула и… провела по ладони Захара маленьким ножичком, который неясно откуда в ее руках взялся! Лэля вздрогнула, дернулась вперед, не понимая, с ужасом глядя, как на коже любимого выступила кровь! Но он, казалось, совершенно спокойно к подобному отнесся, точно все шло своим чередом, как должно…
Да что же это?!
Женщина тем временем отступила в сторону, освободив дверной проход, как пропуская Захара, и Зоряна с удивлением увидела, что на улице очень светло и ярко, как в полдень, все зеленое вокруг…
И сам двор другой — уже не ее матери, а тот луг, что перед домом Захара раскинут. Только река бурлит иная: огромная, темная, глубокая, незнакомая. Бесится барашками каких-то злых волн, хотя ветра нет вокруг совершенно… Переплескивается брызгами на мост, готова утянуть вниз в любое мгновение зазевавшегося путника…
Мост тоже иной какой-то, без поручней, светлого дерева со странным рисунком колец, узким, как бы вытянутым. Весь залит этой речной водой, мокрый, скользкий, чуть ли не у самого порога начинается…
Захар обернулся, глянув на Зоряну…"
"И она впервые его действительно увидела за время этого сна! Как на свет вышел из той тени, что все это время укутывала любимого. Он был ее Захаром и кем-то другим одновременно! Словно та самая женщина, что стояла теперь в стороне, наблюдая за ними.
Черты Захара будто бы менялись, набегая и отступая, как те волны реки, и сквозь человеческий образ то и дело проступала… морда медведя, массивная звериная фигура? У Зоряны по спине морозный холодок пробежал… но и как бы облегчение, узнавание. Разве она не ощущала этого всегда рядом с Захаром? Улавливала в мужчине это буйство нрава дикого зверя…
Пока Зоряна осмысливала увиденное, Захар успел сделать пару шагов спиной, замерев в начале моста и, протянув в ее сторону ту самую руку, по которой уже стекала тонкая струйка крови, глянул с вопросом. И Зоряне в его темных глазах вдруг неуверенность, сомнение и грусть почудилась, отчаяние и опустошение. Страх, что она сейчас от него такого отвернется и отступит…
В голове зазвенело от напряжения, попыток разобраться и дикого сопереживания! Так гулко отозвалось у Зоряны в душе! Безжалостным стоном, тягой к любимому!
Только теперь дошло, что она до сих пор стоит на месте, как оторопев. И со стороны может почудиться, что боится его, не хочет с Захаром на мост тот идти.
А это не так было! С ним — куда угодно! Верила и доверяла безоговорочно, несмотря ни на что!
— Захар! — рванула к нему, как полоумная, позабыв и про странную женщину, если честно, и даже о том, для чего они, вообще, в этот сон стремились. Все отошло на второй план. — Подожди! Вместе же должны…
Как в стену врезалась вдруг, хотя проход свободен. Пошатнулась, потеряв дыхание.
