— Они, во всяком случае кубки на фотографии очень похожи на те, что были в коробке.
— Так, — зафиксировав мои ответы в протоколе, произнес капитан. — Теперь вопросы к вам, Стропилин… Вы подтверждаете показания гражданина Данилова?
— Подтверждаю, — кивнул он.
— Почему именно гражданину Данилову вы привезли эти призы, а не передали, например, секретарю судейской коллегии?
— Потому что Данилов должен был вручать их победителям соревнования.
— Кто принял такое решение?
— Я сам.
— Чем оно было обосновано?
— Данилов комсомолец, кандидат в мастера спорта по самбо, преподаватель физкультуры, бригадир студенческого стройотряда, участник соревнований, приуроченных к Олимпийским играм в Москве, — принялся перечислять регалии Санька Данилова, его школьный приятель.
— Тем не менее, это не объясняет необходимости передачи призов именно гражданину Данилову.
Кеша пожал плечами.
— Гражданин Данилов, присутствующий здесь Стропилин объяснял, почему именно вам он передал эти кубки?
— Объяснял, — кивнул я.
— Каким образом?
— Теми же самыми словами, какие прозвучали сейчас.
Сильвестр Индустриевич долго царапал авторучкой по бумаге, потом протянул ее мне и сказал:
— Ознакомьтесь, гражданин Данилов, поставьте дату и распишитесь под словами: «С моих слов записано верно, мною прочитано».
Я перечитал свои показания и расписался. Капитан отобрал у меня листок, кивнул. Взял мой пропуск, подписал его и вернул мне.
— Вы свободны, гражданин Данилов.
Я поднялся подмигнул понурившемуся Стропилину, мол, не кисни, и вышел из кабинета. Не знаю, что он там натворил, может, три кубка привез мне, а остальные загнал по спекулятивной цене? Бред какой-то… Собственными глазами видел точно такие же, продающиеся в отделе канцелярских товаров в местном ЦУМе.
Как бы он меня ни допрашивал, все равно ведь ничего нового не вытянет, не подловит. А вот Кешу жаль, и лучше бы это прекратить. Был у меня один козырь в рукаве.









