Есть ли жизнь после отбора?

Вот и тогда в каждом крупном городе было по некроманту. И гвардия, кстати, тоже к ним обращалась. Если дело было совсем запутанным.

– Откуда ты знаешь? – удивилась я.

– Правителю положено знать такие вещи, – укоризненно произнесла Ауэтари.

– Да, – согласился Кристоф, – но мои знания не из необходимости, миледи. Я всего лишь был страшно увлечен желанием призвать душу матери из-за грани. Я многое не успел сказать...

Он замолчал и неловко развел руками:

– Не могу сказать, что это разумно. Но у меня в любом случае ничего не вышло: некромантии нельзя научиться.

Гамильтон шумно вздохнул, встряхнулся и проворчал:

– Можно возжечь бесценные дары и послать свой голос умершему близкому.

– Бесценные дары? – уточнила я, видя, что Кристоф спрашивать не собирается.

– Что-то, что дорого лично для тебя, что-то, что дорого по общему мнению, что-то, что принадлежало умершему. Дым принесет шепот за грань.

– Верно, – кивнула Ауэтари. – Среди нас редко рождаются мастера смерти, а вот говорящие с духами – часто. Если нужно получить ответ – без говорящего не обойтись. Но если нужно просто передать слова, то дым бесценных даров справится.

На мгновение я рассердилась на Гамильтона: почему он молчал? Я могла бы сказать отцу, что люблю его!

А потом вдруг поняла, что отец это и так знал. Но... Мастер Дейтор умер, лишь надеясь, что я смогу стать мастером. Мастером, которым я пока не стала.

""Если... Нет, не если. Когда я стану мастером окраинной стали, я обязательно отошлю дым мастеру Дейтору"", – твердо решила я.

И собрала посуду. Раз Кристоф готовил, то я займусь помывкой.

Только когда я натирала мылом скользкие бока тарелок, до меня вдруг дошло, что нам только что готовил Правитель. Что Правитель умеет готовить.

– Где ты этому научился? – Я поставила сушиться последнюю тарелку и, вытирая руки полотенцем, повернулась к Кристофу.

– В походах, – он пожал плечами, – мы не всегда передвигались вместе с кухней. Мина, все настолько плохо?

– Что? Почему? – Я повесила полотенце обратно на крючок и недоуменно посмотрела на Кристофа.

– Для мытья посуды существует целый сонм заклятий, – тихо сказал он.

– Это привычка, – я покачала головой, – в доме мастера Дейтора было не принято тратить силу попусту. Теперь это мой дом, и, кажется, правило останется прежним. А куда бассеты делись?

– Они весь завтрак нюхали друг другу уши, а когда ты стала мыть посуду – ушли. – Кристоф пожал плечами. – Может, купаться отправились?

– Они целовались, а я не видела?! – ахнула я. – Как обидно. Ладно, эм...

Я замялась, не зная, что сказать. У меня на день были грандиозные планы – навестить Марона, дойти, наконец, до Корделии. И выполнить свою часть уговора с леди Фоули-Штоттен старшей.