4
0Грубо!
— А почему у нимфы такой спокойный голос? — коварно попенял мой искуситель, и ровно после того как на кожу обрушилось еще несколько «уколов» — капель воска, он положил палец на мой клитор и принялся еще больше дразнить меня, подталкивая к безумству.
Несколько незатейливый движений, его касание языком соска, другого — и я почувствовала, как медленно и неотвратимо подступаеть оргазм. Помогая себе и Славке, я начала двигаться, подаваясь навстречу умелым пальцам, однако вдруг его рука переместилась чуть выше — на живот.
— Еще! Я хочу еще! — потребовала я, теперь уже страстным шепотом. Более в моем голосе не было стыдливости — только нетерпение и жажда скорее дойти до пика.
— И чего же ты хочешь? — мужская рука снова опустилась, прошлась по низу моего живота и слегка, будто невзначай коснулась «ноющего» клитора.
— Хочу, чтобы ты продолжил ласкать меня везде. Чтобы я кричала от удовольствия. Чтобы кончила! Ну же! Не мучай меня! Пожалуйста!
— Почему я должен сделать это?
— Потому что я хочу тебя! Дико, страстно, как взбесившаяся сучка!
— О! — выдохнул Славка, и его палец вновь оказался на клиторе. — Я слушаю тебя. Как только замолчишь — уберу руку, и сладкого не будет!
— Ах ты! — вот же придумал. Но я только попыталась взбунтоваться, его рука поднялась.
— Нет! Продолжай! Иначе я вырвусь и сама трахну тебя! Изнасилую, да так, что штаны надеть не можешь! Буду так же мучить тебя, ласкать языком твой член, такой сладкий, и не давать кончать! М-м!
— Ого! Какие угрозы! — рассмеялся Слава. — Мне нравится, но сегодня хозяин и мастер я! Так что не скромничай, Вика. Ты можешь говорить очень страстные вещи!
— Да трахни меня уже! — разъярилась я, но его рука начала опять массировать мой чувствительный бугорок, и я сразу же стала покладистой. — Да! Да! Пожалуйста! Продолжай! Я так хочу тебя, что теку. Я обещаю быть покладистой. Я… я даже залезу под стол и сделаю тебе минет, да такой, что…
Какой — уточнить я не успела. Вдохновленный моими обещаниями, Слава довел меня до пика, и я, накрытая лавиной удовольствия, почти до обморока, закричала… И вдруг, раздался еще один голос — но теперь уже женский.
— Ну, надо же! Славушка, какая сессия. А моих минетов под столом тебе не хватает?
Я дернулась, как от пощечины. Удовольствие исчезло. Одним движением головы скинула повязку и отчетливо увидела женщину надо мной.
Что рядом другая — это уже нонсенс, особенно, когда я кончала. Но самое гадкое — так это то, что я растрепанная и голая, связанная, а она идеальная, красивая и одета с иголочки — одним словом, роскошная стерва, которая ест золотой ложечкой.
