5
0— Говорят — искусна и в простых блюдах, и во всяких расфуфыренных тоже, где только научилась!
— Наверное, жизнь научила, — улыбнулась я.
— И если что, после такого дома хоть куда возьмут, с руками оторвут, — вещала Надежда дальше. — Вот бы мне тоже поучиться, глядишь — тоже взяли бы в какое хорошее место!
— Ты вообще маг, Надя. Тебе нужно не кухаркой, а магию изучать.
— Да куда мне изучать, — отмахнулась она. — Я же не барыня-дворянка, и даже не купеческая дочь. Не возьмут меня в обучение.
— Подумаем ещё, что сделать, чтоб взяли. И подумаем, куда. А пока — мне уже пора собираться.
— Ступайте-ступайте, и смотрите там, чтобы снова не встретить никакого чудовища! И запоминайте, чем кормили, расскажете потом.
Я посмеялась — ну да, ну да. Это дома тётя Галя всегда выспрашивала, чем кормили в гостях, какие были вкусные салаты да что необыкновенного подавали на горячее. Но домашние застолья постепенно сошли на нет, и с подругами мы встречались в кафе. А тут вот, значит, ходим по гостям и выхваляемся, у кого повар лучше.
Без четверти двенадцать у меня затрепыхалось зеркало, и кто бы это был? Мой прекрасный начальник.
— Здравствуйте, Ольга Дмитриевна. Как тёплый дом?
— Здравствуйте, Михаил Севостьянович. Не поверите, отлично. Собираюсь вот в гости, слушать новости.
— И как же вы пойдёте в те гости? — спросил он, сощурившись. — И особенно мне любопытно — как обратно двинетесь.
— Да как обычно, — пожимаю плечами. — Думаете, есть опасность?
— Так вот кто бы знал-то, и это не я, — качает он головой. — Давайте так: я и сейчас вас сопровожу, и вечером, как обратно соберётесь, позовите. И мне спокойнее, и вам безопаснее.
И почему-то так захотелось сказать ему — да, конечно, и вообще пойдёмте со мной, и что там ещё можно добавить.
Он появился, поклонился, взял меня за руку.
— Поверьте, лучше так, чтобы если что — сразу же выдернуть вас наружу, — сообщил он.
Я только кивнула — да пожалуйста.
И когда мы оба вынырнули в гостиной у Антипа Валерьяныча, он тут же откланялся — мол, всех приветствует, но заглянет позже, сейчас другие дела.
А я осталась, и радостно приветствовала уже собравшихся Агафью, Марфушу и Веру Яковлевну, супругу Антипа Валерьяныча.
После восторгов, объятий и взаимных приветствий мы пошли за стол, разместились, а Вера Яковлевна с невесткой быстро донесли, чего там ещё на их взгляд не хватало. Марфуша порывалась помочь, на неё шикали — мол, вернёшься домой, набегаешься ещё.
— Я вот тоже всё порывалась по первости бегать, — говорила степенно Агафья. — Но уже притерпелись как-то — бегает всё больше Машенька-невестка, а я с внучком Алёшенькой, и всем хорошо.
Марфуша смеялась и отмахивалась.
