6
0Вот, Оленька, прямо как ты, между прочим! Платье-то, небось, в самой Москве шила?
— Точно, — улыбаюсь я. — И у меня из Парижа ещё есть, прошлым летом там сшила.
— Так ты на маскарад-то пойдешь? Я думаю, чиновникам из управы достать приглашения — плёвое дело, а Михаил Севостьяныча так вообще на любом балу всегда рады видеть, — продолжала болтать Марфуша. — Больно уж он мужчина видный, на него всегда охота идёт. А он, значит, тебя за ручку приводит, — и смотрит так хитро-хитро.
— Он теперь мне начальник, — вздыхаю я.
— Так и лучше же, вон сколько поводов словечком перемолвиться и за ручку подержаться, — подхватила Агафья.
— И тебе не страшно, что он с потусторонними делами знается, потому что ты теперь у нас сама такая, — припечатала Марфуша.
— Ну вот, без меня меня сосватали, — усмехаюсь, а сама понимаю, что усиленно смотрю в тарелку и вообще.
Я ещё по домашней жизни знаю, что если кому что в голову втемяшилось на тему чьих-то отношений, то ничем оттуда и не вытравить. Вот ведь, будут же теперь болтать!
— Ну а что, дело-то хорошее, — не унималась Агафья.
— Да у меня жених в Москве остался, — брякнула я.
Это произвело именно тот эффект, который был нужен — сначала все замолчали, а потом разом заговорили.
— И ты молчала? — Агафья только что челюсть не потеряла.
— И что же ты тогда здесь-то позабыла, дуй обратно в Москву! — качал головой Антип Валерьяныч.
— Кто таков-то, хоть расскажи! — трясла меня за рукав Марфуша.
— Маг, преподаватель в академии, один из тех, что меня учил, — говорю, а самой неловко.
Потому что сама не согласилась замуж, а теперь, значит, его именем прикрываюсь. Нехорошо это.
— Только прошу вас, хорошие мои, не болтайте, потому что потащат потом, и не соберёшь обратно, — вздыхаю. — Он не хотел, чтобы я сюда ехала, а у меня магический контракт, я не могла иначе.
— А он чего не поехал? — сощурился Антип Валерьяныч.
— Так студенты у него, куда посреди учебного года, — развожу руками.
— Ты зря его оставила, зря. Уведут, — качает головой Агафья. — Найдутся какие-нибудь шустрые, всегда находятся.
— Надеюсь, что обойдётся, — говорю я совершенно искренне.
— Рассказывай давай, что там у вас и как, — просят все.
Но я рассказываю вовсе не о предполагаемом женихе, а о Москве — как она мне показалась, о подругах — Марьяше и Матильде, и об Ангелине, и о революционерах, и о летней поездке в Европу. И меня слушают до темноты, покуда не приходит за мной Соколовский.
Его зовут за стол, но он вежливо отказывается и говорит, что только из гостей. Дожидается, пока я соберусь, и предлагает мне руку.
Мне внезапно неловко ему эту руку подавать, но я всё же подаю. Ничего, как-нибудь справимся.
23. Заколдовать некроманта
23.
