15
0
Каким образом интендант оказался пеленгаторщиком, в экипаже никто толком не знал, а справляться у него самого было бы бестактно. Кроме суетливости старшего лейтенанта отличала способность «заводиться» с полуоборота, не в пример старенькому двигателю их полуторки. Правда, в обращении с Ромашовым он старался выдерживать официальный тон и ни на минуту не забывал, кто есть Ромашов, откуда прибыл и какая отведена ему роль. Специалист по почеркам абверовских радистов в недавнем прошлом сам находился с ними в одной и той же школе, учился у одних и тех же инструкторов. Конечно, Тимохин, несмотря на свои предубеждения, не мог не считаться с тем, что Ромашов способен оказывать неоценимую ему помощь. В течение только последнего месяца удалось запеленговать несколько коротковолновых передатчиков, работавших в прифронтовом тылу, и во всех случаях не без участия Ромашова…
В тыл действующей армии Сергей был заброшен в начале июня. Покинув бомбардировщик, он отсчитал положенное число секунд и выдернул кольцо. Опустился на опушке леса. Неподалеку от него шлепнулся грузовой парашют, накрыв куполом низкорослую елочку. Багаж «приземлился» в полной сохранности: портативная радиостанция для приема и передачи, комплект сухих аккумуляторных батарей, ручные гранаты и толовые шашки. Последнее предназначалось для, так сказать, попутной работы, ибо Ромашов в основном должен был заниматься сбором оперативной «информации».
Но слово «должен» лично его ни к чему не обязывало, ибо цели ночного, сверхсекретного перелета у него и его шефа не имели ничего общего. Ромашов таким путем хотел лишь одного — вернуться на Родину. Иные пути в его положении исключались. И все же поскольку он не был человеком неблагодарным, то решил исполнить просьбу начальника абверкоманды — разыскать военный аэродром и срочно прислать его координаты. Именно это он и сделал, разумеется, по наводке самих военных. У них был на всякий случай ложный аэродром."
"Ромашов сложил под сосной парашюты — основной и запасной, — зарыл в землю гранаты, толовые шашки и бикфордов шнур и с рацией в вещмешке отправился на поиск ложного аэродрома — хитрости советского командования, о которой предупреждал Баркель. Проплутав весь день, Сергей ничего похожего не обнаружил. Тогда он выбрался на рокадную дорогу с намерением остановить первую попавшуюся, желательно военную, машину и упросить водителя подбросить его к любой армейской части. Времени на «голосование» ушло немного — вскоре возле него притормозил мотоцикл.
