15
0Восседавший за рулем младший сержант оказался, как на грех, чересчур дотошным: пристал с подробнейшими расспросами, потребовал предъявить документы… Удостоверение личности и командировочное предписание у Ромашова были сфабрикованы так, что к ним не придерешься. Но когда успокоившемуся было водителю Сергей сказал о себе сущую правду — у того вдруг задрожали губы и по-глупому замигали белесые ресницы. Стоявшему перед ним Ромашову младший сержант неожиданно, а, главное, без всякой надобности скомандовал: «Стой, руки вверх!» — и в одно мгновенье выхватил и направил на него свой револьвер.
— Ты только не дури, парень, — подчеркнуто спокойно сказал Сергей, — а то еще наглупишь. Сам же тебе сдаюсь, понял? Сам… Руки, конечно, могу поднять, раз уж того требуешь, и даже подскажу, что дальше делать. Полезай, не мешкая, в мою кобуру — видишь, она все еще застегнута, там не револьвер системы «наган», как у тебя, а офицерский пистолет «ТТ»… Ты, я вижу, всего-навсего младший сержант, а у меня погоны с просветом и двумя звездочками. Звездочки пятиконечные… Понял?… Пистолетик мой на предохранителе, не бойся, сам не выстрелит. Перекладывай его к себе в карман, а мне позволь занять место за твоей спиной. Повезло нам, считай, обоим: ты доставишь в штаб немецкого шпиона, а я найду то, что искал. Сужу по твоим голубеньким петличкам… Ты же из летной части?
— Так точно! — вдруг по-уставному ответил младший сержант, словно забыв, с кем имеет дело.
— Стало быть, нам с тобой по пути… Мне нужно срочно повидаться с летчиками.
Вскоре Ромашов предстал перед начальником штаба авиационной дивизии. На столь необычный прием пожаловал и офицер из отдела контрразведки «Смерш». Беседа потекла неровно: спокойное, осторожное, как бы силой удерживаемое в берегах течение внезапно сменялось неукротимым, бурным… Так было, пока не обнаружились первые признаки взаимопонимания. Ромашов в сущности не представлял из себя никакой загадки. Его желание — отомстить своему шефу — вначале показалось по-детски наивным, но потом офицеры призадумались. Действительно, могла же парню прийти в голову и такая мысль: сбить гитлеровцев с толку, подсунув им ложный аэродром.
Из кабинета начальника штаба Сергея увел к себе контрразведчик. Общий язык уже был найден, и толковали они теперь обо всем откровенно. В конце концов Ромашову было разрешено осуществить свой замысел. По указанному в его радиограмме адресу в одну из июньских ночей пожаловало звено пикирующих бомбардировщиков «Юнкерс-88». Костер из фанерных муляжей пылал ярко, зато на действующем аэродроме было тихо.
Вот, кратко, история появления Ромашова в прифронтовом тылу. В абвере же он очутился при следующих обстоятельствах.
Шел третий год войны.
