18
0Один — буквальный и в общем малозначащий, другой — скрытый, но зато истинный. И оба они прекрасно понимали этот второй истинный смысл.
«Значит, ты все узнал от Лоры о моей связи с германской разведкой и все же пришел прямо ко мне. На что ты надеешься?» — вот что стояло за фразой, вырвавшейся у Юрия.
— О, нет. Просто пока мне еще нечего бояться. Тем более среди друзей, — ответил Михаил.
«Ты не предал Лору, не предашь и меня. Ты не нацист, какого же черта по уши залез в грязь! Обопрись о плечо друга и выбирайся, пока не поздно», — перевел для себя Юрий.
— В нашем сложном мире нелегко понять, кто друг, кто враг, — тихо проговорил Юрий.
«Почему я должен тебе верить? Пусть тебя рекомендовала Лора, но даже если ты желаешь мне добра, почему я должен выдать товарищей, которых сам же поставил на службу нацистам?» — понял Михаил. Подумал: «А он не глупый парень», и сказал:
— Верно, выбор сделать нелегко. Торопливость, возможно, приведет к ошибке, но бездействие — само по себе ошибка.
«Ты сам влез в это болото и теперь обязан рискнуть довериться мне. Хотя бы уже потому, что догадываешься о моей осведомленности в делах Брандта.
— Так вы считаете, что я могу оказать вам помощь в работе над книгой?
«Довольно ходить вокруг да около. Я хочу перевести разговор в плоскость буквальных значений. Мне больше нечего от тебя скрывать».
— Можете, — торжествуя в душе, сказал Михаил. — Собственно, вы окажете услугу не мне, а миллионам мирных людей — французов, англичан, русских...
— А...
Так Донцов и не узнал, что собирался сказать Юрий. Из столовой донеслись густые мужские голоса и шаркающие звуки шагов.
— Отец... Приехал отец... И не один, — выдохнул он, едва пошевелив белыми губами. — Нельзя... Отец не должен знать, что вы журналист, антифашист.
— Я польский эмигрант, Викентий Лентович, познакомился с вами на студенческой пирушке перед рождеством, — быстро подсказал Михаил.
Юрий кивнул — сквозь бледную кожу медленно проступали живые краски."
"А Донцову все стало ясно. Испуг Юрия был красноречивее слов. Отец, его приемный отец Алекс Ферро, — вот недостающее звено.
Михаил подумал, что, пожалуй, Алекс Ферро приехал очень кстати. Не лишне знать в лицо поставщика шпионов. Хорошо бы также выяснить его национальность.
— Юрий, у тебя гости? — спросили из-за двери на чистейшем французском языке. Голос был баритонального тона с благородной хрипотцой.
Дверь распахнулась.
Сердце Михаила рухнуло куда-то в живот.
На пороге стоял Лаврухин.
14
Их разделяло два шага.
