5
0
— Что-то конкретное хотите сказать по судебным расходам?
— Да, хочу сделать официальное заявление. В смерти гражданина Стрижова виноваты твари изнанки, то есть, по сути, природный фактор, за который, в свою очередь, никто не отвечает. При таких условиях и несмотря на буквальные формулировки кодекса о порядке распределения расходов, заявляем под протокол, что оставляем все понесенный расходы на стороне заявителя, однозначно отказываемся от права взыскивать с администрации даже копейку. Это просто четные республиканские чиновники, которые делают свою работа, в сложившейся ситуации они никак не виноваты и не могут нести ответственности и за что-то платить, это было бы не справедливо.
Чиновник напротив меня сиял, кажется, он готов был встать и пожать мне руку.
— Мы занесём в протокол. Что со свидетелями, Аркадий Ефимович?
— Вообще-то они готовы, если объявите перерыв до двух часов, привезу их и мы с успехом их допросим.
— Что вы скажете, Игнат Сергеевич? — обратился судья к чиновнику. — Перейдём в рассмотрение по существу и проведём процедуру за день, закроем вопрос?
Я изучил нагрузку судей заранее. У конкретно этого судьи на сегодня свободный график, вот он и настроился ковать железо пока горячо и скинуть с себя бесконфликтную историю.
— Государственный орган не возражает, — улыбнулся представитель администрации.
— Тогда с вас явка и краткая позиция, мол, не возражаем, по обстоятельствам пояснить не можем, полагаемся на усмотрение суда, — судье категорически было запрещено давать такие ценные указания сторонам процесса, но он видит, что «все свои» и действует в собственном интересе, как было удобно ему.
Что касается довольного собой чиновника, то ему надо поставить галочку об участии в деле, ещё и доложить, как он геройски атаковал адвоката, потребовав, чтобы тот не вздумал взыскивать судебные расходы с администрации и причинять убытки городской казне.
Меня такой вариант устраивал более чем, мне нужен результат, а там пусть брешет сколько угодно.
У каждого своя мотивация, но в итоге — выйдем на решение по делу.
…
После обеда мы встретились снова, возобновили слушание дела. Причём в моем случае обед это не прием пищи, а период дня, потому что «в бой», то есть на судебный процесс — я хожу голодным, злым и трезвым.
Ну, раньше я так говорил, сейчас-то волей-неволей хожу трезвым постоянно."
"Свидетели к началу процесса скромно сидели в коридоре на скамеечке, таково правило, чтобы случайно не узнать обстоятельства дела и не солгать, не подстроится под другие факты.
То, что свидетелей специально и заранее дрессирует сторона, которая их вызвала, закон не смущал.
Как говорится в старом кино про жизнь на Марсе: «наука этого не знает, наука ещё не в курсе дела».
