А кто у нас муж?

— Ты ж в ресторан собиралась?

Смотрю на Варю, она в афиге, конечно, я целый год по вечерам из ее рта еду вытаскивала, но тут, извините, у меня форс-мажор!

— Отстой ваш «Али», порции маленькие, выбор так себе, шумно и табаком воняет.

Они молча смотрят на меня. Рыжий, как обычно, безразлично, ему пофиг, что я его объела. Леднев вообще не в восторге, что я тут на его кухне. Одна только Барсукова засуетилась.

— Ты давай переодевайся, а я приготовлю быстренько.

Быстренько — это десять минут в душе, футболка, шорты и тюрбан на голове. Очаровывать мне тут некого. Парни ушли куда-то, наверное, в комнате закрылись.

Ну и отлично. Яичница, сосиски, хлеб и сыр! Господи, спасибо тебе за Барсукову! Поесть нормально не дали, конечно. Пока я вперемешку с едой выдавала Варьке все сегодняшние новости, наш девичник нарушили. Снова хмурый Айс и аморфный Даня. Что этих двоих связывает — загадка. Пыталась у Рыжего спросить, но тот молчал. Айсберг Варе тоже ничего не сказал.

— Может, ты у нас поживешь? — Варя смотрит на Айса. — Страшно как-то: два трупа за пару недель. И ты знала обоих, конфликтовала с ними.

— Нет. — Не даю Ледневу ответить.

 — Я съеду от вас через полторы недели, если мебель привезут. А за вещами мы с Матвеем домой съездим.

— Матвей? Савельев? — Гляди-ка Леднев заинтересовался. — Ты с ним ужинала?

Ну надо же, какой интерес к моей личной жизни!

— С ним. Замуж зовет…, — зеваю, но смотрю на Рыжего, а он забился в угол у окна. Вообще никакой реакции. — Вот думаю, может и правда…

— Жаров, значит, отскочил? Повезло Лехе…

— Слышь ты, малахольный! Тебя тут вообще…

— Это тебя тут вообще. Рот закрой и слушай. — Айсберг снова влез. Хорошо так посидела с подругой. — Пока не разберемся, что происходит, жить будешь здесь.

Или отзову Якова, и сама разбирайся с полицией. И без клубов и ресторанов пока обойдешься.

Смотрю на Леднева, ушам не верю. Ты мне тут мать? Отец? Брат старший?!

— Ты че, Ник?! Может мне еще в монастырь пойти?

— Лучше работу найди.

Это уже из коридора доносится. Смотрю на Барсукову, а она молчит себе. Будь ее воля, меня тут навсегда прописала бы. А потом и Дрыщ голос подал.

— Попроси Холодова, путь этого Савелия пробьет, а то ж она опять в дерьмо вляпается.

Сегодня вторник, на удивление проснулась рано.

Айс мне не указ, конечно, если все сделают как надо, то скоро перееду. Варьки будет не хватать, зато ни Айса, ни бомжа!"

"— Маш, я тут подумала насчет работы. Ты погоди, не кричи, — Барсукова хомячит йогурт. — Если ты не хочешь работать, но деньги все равно нужны, может сдашь свою квартиру. Она же в двух шагах от универа, ее с руками оторвут. К тому же после ремонта, новая. Тысяч пятнадцать-двадцать…

Дожила! Барсукова меня коммерции учит. А вообще-то идея неплохая. Но жить здесь с ними тоже не айс. Еще и Рыжий отирается.