3
0Ну идиоты же, что с них взять, кроме анализов? Чтоб тебе было понятнее, между родиной и государством такая же разница, как между эротикой и порно. Эротика – про людей и про чувства. Родина – тоже. А порно – про члены. Или про членов. Различных государственных органов. Которые принимают решения, что военные должны быть сыты своим патриотизмом, нехрен их баловать. Пусть сосут… лапу."
"- Короче, - Жанна встала, - я надеялась, что ты с ним поговоришь. Попытаешься переубедить. Исходя из своего опыта. А ты, смотрю, только рад. Ну как же, продолжатель славной пограничной династии Лактионовых. А он потом еще какой-нибудь дуре жизнь сломает. Которая поверит, что с милым рай в шалаше. Да таким, как вы, надо законодательно запретить жениться и размножаться.
- На выход! – кивнул я в сторону двери.
- Я и сама уйду, - она сощурилась так, что глаза превратились в две узкие щелочки, а лицо стало напоминать жуткую маску. - О чем с тобой разговаривать? Мать права. Каким ты был солдафоном, таким и остался. Ать-два, левой-правой. От забора до обеда. Как только она тебя терпела столько лет?
- Ну да, прямо святая мать Полина. Знала б ты…
Тут я прикусил язык, потому что едва не сказал кое-какой правды об этой почетной святой великомученице нашего королевства. Ну уж нет, не хватало еще опуститься до ее уровня. Пусть копошатся там без меня.
Жанна развернулась и пошла в прихожую, вколачивая в паркет каблуки. Открылась дверь, захлопнулась. Я залпом допил остывший кофе, сварил еще, сдобрил изрядной порцией коньяка. А потом взял телефон и нашел в контактах номер. Не Мишкин, конечно, какие гаджеты на заставе. Начальника Благовещенского погранотряда. Лактионов я – или где?
[1] «Есть такая профессия – родину защищать» - цитата из кинофильма ""Офицеры""
[2] «Нет больше той любви, аще кто положит душу свою за други своя» - Евангелие от Иоанна 15:13
=41
Знакомы мы с ним не были, но граница – свой особый мир, где все связано. И мы с ним – тоже. Даже не через шесть пресловутых рукопожатий, а всего через одно. Через бывшего командира отца – начальника погранзаставы в Ахалцихе. Как оказалось, они поддерживали отношения и после того, как мы перебрались в Прибалтику. Созванивались, изредка встречались, когда оба вышли на пенсию. Я с ним увиделся только на похоронах отца и был очень удивлен, поскольку Иван Сергеевич жил в Архангельске – не ближний свет.
«Звони, не пропадай, - попросил он. – Ты вот не помнишь, а кто тебя на коня первым посадил? Дядя Ваня».
Я звонил, поздравлял с праздниками. Последний раз – с двадцать третьим февраля, за два дня до смерти матери. Как раз тогда и рассказал, что Мишка служит в Приамурье.
«Да ты что?! – удивился он. – Здорово. Еще один наш, погранец. Запиши телефончик прямой командира Благовещенского пого, на всякий случай.
