Женщины Цезаря

Рабы, они всегда такие ловкие!"

"– Отцы, внесенные в списки, – сурово продолжил Цицерон, – мы сидим на вулкане! Пятеро находятся под арестом в разных домах. Пятеро мятежников, которые в стенах этого здания добровольно сознались перед вами во всех своих преступлениях. Признались в государственной измене! Да, они сами осудили себя – после предъявления доказательств столь неопровержимых, что само их существование осуждает их! Они также выдали других людей, которые должны быть арестованы, где бы и когда бы их ни нашли. Подумайте, что произойдет, когда их найдут! Двадцать человек под арестом в обыкновенных римских домах! Все время, пока будут проходить удручающе медленные судебные слушания! Вчера мы сделались свидетелями того, к чему приведет эта ужасная ситуация. Новый заговор. Изменникам удалось набрать новых сторонников. Они могли освободить признавшихся преступников, убить консулов и вместо них назначить консулами этих предателей! Другими словами, мятежи будут продолжаться до тех пор, пока предатели находятся в Риме, а армия Катилины – в пределах Италии. Быстро приняв меры, я предотвратил вчерашнюю попытку. Но мне осталось быть консулом чуть меньше месяца. Да, отцы, внесенные в списки, приближается ежегодная смена правительства, а мы не в том положении, чтобы справиться с этим в магистратурах. Мое главное желание – уйти с должности, когда город справится с этой катастрофой, а Катилине будет послано сообщение, что в Риме у него нет больше союзников, способных оказать ему помощь. И существует только один способ…

Старший консул замолчал, давая аудитории время усвоить услышанное. Хорошо бы, чтобы его старинный противник и друг Гортензий был в сенате. Гортензий оценил бы красоту аргумента, в то время как большинство других увидят в сказанном лишь целесообразность. Что касается Цезаря, ну… Цицерон не был даже уверен, что хочет услышать одобрение Цезаря – как юриста или как человека. Красс вообще не удосужился прийти. Впрочем, он был последним, на кого Цицерон желал произвести впечатление своими юридическими изысками.

– Пока Катилина и Манлий не будут побеждены или не сдадутся, в Риме сохраняется военное положение в соответствии с senatus consultum ultimum. Точно так действовал в Риме закон о защите Республики, когда Сатурнин и его приспешники были убиты в курии Гостилия. Это значило, что никого нельзя было судить за принятие решения, которое привело к гибели восставших. Senatus consultum ultimum оправдывал всех, кто участвовал в разборке крыши и использовал черепицу как орудие убийства, хотя они и были рабами, а за действия рабов отвечают перед законом их хозяева, и следовательно, хозяева этих рабов могли быть привлечены за убийство.