Виват Россия!

Наш эскадрон во-он в той рощице, за виноградниками, расположился. – Он показал на виднеющейся в отдалении лесок. – Можете тоже там лагерь разбить, место изгибом реки и оврагом хорошо прикрыто, просто так к нему не подойти.

Через час, укрыв людей в оливковой роще, капитан Осокин, собрав своих командиров на опушке, ставил им задачу:

– Фёдор Евграфович, берёшь отделения Соловьёва и Плахина, как только смеркаться начнёт, обходите город полукругом и на северной стороне всё проверяете. Эскадронные рассказывали, что мост через овраг там наблюдали с сильным пикетом французов, близко к нему они не смогли подъехать, а вот вы там хорошо оглядитесь.

Ты, Федя, от руки рисунок окрестностей начиркай и мне с вестовым пришли. Сами же, как оглядитесь, заляжете и ведёте далее наблюдение. Завтра полк сюда подойдёт, думаю, что командир к вам усиление пришлёт, чтобы северную Баварскую дорогу стеречь. Вот этот вестовой-то его и поведёт к тебе, так что толкового присылай. Так, далее, подпоручик Белов, вы со старшим унтер-офицером Вучичем берёте отделение Пудовкина и Дроздова и наблюдаете за западной стороной. На восточную, я полагаю, и отделения ефрейтора Комарова хватит. Ну и самая большая забота у нас – это южная сторона с её Миланской и Венецианской дорогой, за ней я сам с основными силами буду приглядывать, тут у нас главные крепостные ворота и аванпост с ретраншементом при пушке. Вокруг всей крепости французские пикеты разбросаны, до поры до времени их не трогаем, на глаза не показываемся, дабы они тревогу не подняли, но где стоят, примечаем, чтобы, как только дело начнётся, выбить их разом. Всё понятно?"

"– Так точно, понятно, – загудели командиры.

– Ваше благородие, а может, нам языка тихонько скрасть? – предложил Быков.

 – Он бы нам всё рассказал и про крепость, и про пушки, и сколько людей за стенами. Здесь мы ведь только снаружи можем оглядывать.

– А ты, Егор, никак по-французски толмачить выучился? – усмехнувшись, уточнил капитан. – Даже я, кроме пардона, бонжура, месье и дюжины таких же слов, более не знаю. То ли дело на турецком, на нём я хоть сказку на ночь расскажу. Вот как выучим французский язык, тогда и будем языков брать, или когда прикажут, а пока что тихо себя ведём.

Солнце коснулось своим краешком горной гряды, по земле побежали длинные тени, и начало смеркаться.

Из рощи выскользнули несколько отрядов в зелёных мундирах и след в след, словно стаи волков, разбежались по своим участкам. Уже в полной темноте отряд Лужина вышел к северным предместьям Брешиа.

– Большинство у костра греется, а трое часовыми у моста ходят, – прошептал, вглядываясь в мелькание освещённых фигур, Соловьёв. – Кажись, десяток у костра, вон и ружья в козлы сложены.

– Вижу, – приглушённо произнёс Лужин.