Виктория – значит Победа. Серебряной горы хозяйка

Но ведь вы едва-едва поднялись на ноги после тяжёлой болезни, после нападения, унесшего жизнь и вашего супруга, и вашего нерождённого ребёнка. Я понимаю, вы, наверное… несколько расстроены. Но — не стоит так расстраиваться, всё хорошо. Я и вправду готов служить вам дальше, как служил господину Гаспару. Вы богаты, и можете не переживать о вашей дальнейшей жизни. Я думаю, вы и мужа подыскать можете, мы придумаем, как это сделать, чтобы ни в чём вас не ущемить. Главное — чтобы он не захотел, как господин Симон, продать всё.

Я тоже вздохнула.

— Я пока не собираюсь замуж, и сначала я должна понять, чем я владею. Пока мне кажется, что госпожа баронесса знает о том лучше меня.

— Она, конечно же, будет судиться с вами. Но мы постараемся заинтересовать Тиссо, и он выиграет для нас процесс, вот увидите. Или заинтересовать кого-то ещё.

Я глянула на него. Тиссо? Почему-то мне не хочется привлекать его к делам, не доверяю я ему по итогу сегодняшней встречи.

— С какими ещё юристами работал мой супруг? Здесь и в столице? Господин Тиссо… он был его постоянным консультантом, или только для завещания?

Господин Фабиан снова посмотрел на меня внимательно.

— Вы правы, госпожа Викторьенн, только для завещания. Его обычные поверенные — это Палан и сын, у них контора в Паризии и здесь, в Массилии. Но по завещанию господин Гаспар назначил им вознаграждение, поэтому завещание он оформил и заверил через Тиссо. С Тиссо он иногда вёл дела, у него тоже контора и в Массилии, и в Паризии.

— Приглашайте на завтра господина Палана, или сына, или кто тут у них есть? Будем разговаривать. Пускай помогают нам обезопасить собственность от госпожи баронессы.

— Но госпожа Викторьенн, мне кажется, вы торопитесь. Вам сначала необходимо прийти в себя.

— Я в себе, спасибо, — ох, друг мой, ты не видел, как мне доводилось орать на планёрках, если вовремя не находили нужную информацию, или если кто-то не договорился, или не исполнил назначенное, или исполнил на отвяжись, или ещё что там бывало. — И вот ещё. Скажите, если мы попробуем… немного задобрить госпожу баронессу? Ну там, чутка с ней поделимся. Чем-нибудь. По моей доброй воле. Что думаете? — я посмотрела сначала на господина Фабиана, потом на молчавшую всё это время Терезу.

— Она не согласится на малость, ей нужно всё, — вздохнула Тереза.

— Госпожа Тереза права, госпожа баронесса не согласится, — покачал головой Фабиан. — Но вы, конечно, можете ей предложить. Только что?

— Нужно придумать такой актив, от продажи которого нам не слишком-то поплохеет. И хорошо бы сделать это до того, как она перейдёт к активной войне. Так сказать, попытка досудебного урегулирования. Есть у нас люди, которые займутся этим? Не обидим.

Тереза смотрела не меня, только что рот не разинула. Кстати, Тереза.