Виктория – значит Победа. Серебряной горы хозяйка

— Вот именно, свидетели, — улыбнулась Тереза. — Я не знаю, кто таковы двое первых, но в подписи его высочества ты тоже готова сомневаться, сестрица?

Его… высочества? О как. Где наш Гаспар взял целое высочество? Как я поняла, он стремился скорее крепко стоять на земле, чем летать высоко?

— Ну какие дела могли быть у Гаспара с его высочеством, сама подумай, — раздражённо бросила баронесса. — Там никакого принца и близко не было! Приписали для солидности, и всё, так ведь, господин Тиссо?

А тот лишь улыбнулся.

— К вашему сожалению, госпожа баронесса, его высочество был в тот день у меня по своим делам. И господин де ла Шуэтт попросил принца заверить своей подписью документ, и принц не отказал. А двое других — случайные прохожие, которые никак не могли получить ничего по тому завещанию.

— Наверное, принц просто не читал, что подписывает, — заявила баронесса.

— Наверное, не стоит так говорить о принце, — вмешалась я.

Знать не знаю, что за принц, но — не будь тут его подписи, мне бы не досталось ничего, баронесса бы плюнула на последнюю волю брата и растёрла, да и всё.

— Госпожа де ла Шуэтт, раз вы готовы принять наследство, то вы должны знать следующее, здесь есть некоторые условия на отдельном листе.

Как всегда, маленькие буквы в конце. Почему я не удивлена?

— Излагайте, — разрешила я ему.

— Первым пунктом идёт запрет на продажу какой-либо части имущества до совершеннолетия предполагаемого наследника, но — этот пункт уже упоминался в самом тексте и более не имеет смысла. Но далее сказано, что вы не должны получать дохода меньше, чем получал господин де ла Шуэтт. А если вдруг так произойдёт, то вы должны быть отстранены от управления имуществом и какого-либо влияния на него.

— Но позвольте, если бы наследником стал мой нерождённый сын, — кстати, никто ж не усомнился даже, что сын, а вдруг это была дочь? — то это было бы понятно. Мне надлежало бы хранить, следить и преумножать. Но сын не родился, и я ещё желаю выяснить, кому это понадобилось, — я как могла сурово посмотрела на баронессу и Симона. — И скажите тогда, отчего же я должна быть отстранена от управления? Если я принимаю это наследство сейчас, то доходы с него — это уже только моё дело, не так ли?

Господин Тиссо изумился. Нет, очень изумился. Как будто портьера заговорила, да? Или дверной косяк?

— Да, это верный вывод, но вы ведь понимаете — записанная воля завещателя, — ласково, как дурочке какой, сказал он.

— Так и о ребёнке тоже написано, но ребёнка нет. А о другой версии развития событий он не подумал и не позаботился.

Дома есть чёткий закон, что, кто и когда. Наследники первой очереди и всех последующих. И наверное, в такой ситуации тоже есть выход, я не юрист, не знаю. А тут что?

— Я буду судиться, ясно? — сообщила нам госпожа баронесса.